– Америка, по-вашему, прекрасное место для молодой кореянки и занятий наукой?
Конечно нет. Иначе бы к ней не прилипло это жуткое прозвище – «Леди в желтом» – еще в самом начале учебы.
– По крайней мере, там лучшая материально-техническая база.
– Разве это столь важно для естествознания?
– Я занимаюсь биологией. Важен ли здесь материально-технический аспект? Сейчас корейское общество не в том состоянии, когда оно может свободно заниматься наукой. В Японию учиться отправляют даже учителей. Наука и образование – это не только наш воздух, они еще и существовать отдельно от нашего мира не могут и всегда оказывают влияние на ту или иную сферу жизни. Ученых-естественников в патриархальном обществе Древней Кореи часто сравнивали с королевой пчел.
– Да, до Батлера[14] .
Учительница взглянула на выражение лица Кёнэ и улыбнулась.
– Удивлены? Я тоже ездила учиться за границу. И читала Батлера. У нас здесь, как ни странно, можно найти иностранные книги. И на самом деле есть то, что можно сделать только здесь.
– Не могу себе представить.
– Как вы знаете, естествознание сегодня – это наука, которая сильна своим региональным компонентом. Изучение насекомых Корейского полуострова может стать дорогой к выдающимся результатам. Сегодня на конференциях корейские ученые, которые не всегда могут похвастаться качеством подготовки, в то же время демонстрируют неплохие результаты. И, как вы сегодня говорили, можно работать в школе.
«Какой хороший повод. Маленькие дети. Воспитатели будущего страны! Все, что мы не сможем решить, решат наши будущие поколения! Как минимум, наверное, Тона будет счастлив, если я останусь здесь работать», – подумала Кёнэ с долей иронии.
Разгадала ли учительница ее мысли, но она продолжила разговор очень обходительным голосом, словно протягивая руку к примирению:
– Не поможете мне перенести образцы?
Кёнэ покачала головой. Учительница пожала плечами и склонилась к ящику. Мастерски работая пинцетом, она переносила один экземпляр за другим. Кёнэ наблюдала украдкой, делая вид, что ей это неинтересно, и вдруг обнаружила ящик с пчелами.
– Можете посмотреть. Только не трогайте руками сами образцы, – сказала учительница, не поднимая глаз.
Кёнэ какое-то время не решалась, но потом взяла коробку. Образцы были сделаны очень хорошо, но все они были одного вида – обычная медоносная пчела. Обычный экспонат для музея. Чаще всего их использовали, когда рассказывали школьникам о пчеловодстве или сельском хозяйстве. Шесть ног, тело состоит из трех частей, лапки, покрытые волосками, толстое брюшко, на котором виден воск. Кёнэ сама не заметила, как сложила у себя в голове весь этот текст, будто для занятия. Но потом настроение у нее испортилось и она отказалась от этой мысли.
Воск. Кёнэ нахмурила брови. Она не понимала, почему прочитать книгу Чарльза Батлера было столь важно и значимо. Он жил в семнадцатом веке. Если интересно, можно, конечно, и прочитать. Пчелиная королева, воск, температура. Тема исследования уже такая очевидная в наши дни. Лучи послеобеденного солнца отражаются в окнах и слепят ярким светом. Воск, температура, солнечный свет.