Райгар поворачивается ко мне. Смотрит долго. Я выдерживаю его взгляд — привычка, выработанная за годы брака с мужчиной, который считал, что женщина должна опускать глаза. Я не опускаю.
— Как ты попала в дом? — спрашивает он. — Дверь была заперта. Замок зачарован. Открыть может только кровь.
— Я порезалась. — Показываю ладонь. Порез всё ещё кровоточит, тонкая алая полоса. — О ручку. Или о замок. Я не помню, всё было слишком быстро. За мной гналась какая-то тварь.
— Тварь? — оживляется ещё один мужчина, стоящий в тени у окна. Я не сразу замечаю его, хотя он огромен — просто удивительно неподвижен. Волосы с проседью, короткая борода, квадратная челюсть. Он говорит медленно, с весом: — Опиши её.
— Я не разглядела. Тени. Глаза. Вой. Оно выло, как… не знаю.
Мужчины переглядываются. Атмосфера в комнате сгущается, я чувствую это кожей — они знают, о чём я говорю, и это им не нравится.
— Морок, — коротко бросает тот, что у окна. — Морвейн знает, что она здесь.
— Или сама Морвейн её и послала, — рычит Бракс. — Я говорю — убить. Быстро. Без боли. Делай, Райгар.
Седьмой мужчина, до сих пор стоявший в самом тёмном углу зала, где свет очага не достаёт до его лица, шевелится. Движение почти неуловимое, как у кошки. Он моложе остальных — или просто выглядит моложе, что-то в линии подбородка, в том, как он держится, отдельно от всех. Чёрные гладкие волосы падают на плечи. На левой стороне лица — руны, тонкие, как кружево. Глаза — я успеваю заметить, когда он на секунду выходит из тени — фиолетовые. Фиолетовые, чёрт!
Он молчит. Просто смотрит. И от его взгляда у меня по спине бегут мурашки.
Райгар поворачивается к Зигфриду:
— Осмотри её рану. Проверь.
Зигфрид берёт мою ладонь без спроса — пальцы у него холодные, хватка точная, профессиональная. Он разглядывает порез, поворачивает мою руку к свету очага.
И замирает.
— Что там? — спрашивает Райгар.
Зигфрид поднимает на него взгляд.
— Вокруг раны — свечение. Руны. Она активировала замок кровью и даже не заметила. Кровь говорит с камнем. — Он делает паузу. — Либо она шпионка Морвейн с очень хорошей маскировкой, либо…
Он замолкает.
— Либо — что? — рявкает Бракс.
Райгар смотрит на меня. Его янтарные глаза мрачнеют, становятся почти чёрными в полумраке.
— Либо Избранная, — заканчивает Зигфрид.
Тишина. Семеро мужчин смотрят на меня так, будто я только что вышла из гроба.
— Нет, — рычит Бракс. — Невозможно. Пророчеству триста лет. Почему сейчас?
— Ведите в Грот Камня, — приказывает Райгар, не сводя с меня глаз. — Там узнаем точно.
— Если она Избранная, — медленно произносит тот, что у окна, с сединой в волосах, — то всё изменится.
— Если нет, — обрывает Бракс, — я сам сверну ей шею.
Я сглатываю. Горло пересохло. В голове проносится обрывок фразы: «Кому ты нужна в тридцать четыре, Кира?»
Кажется, нашёлся тот, кому нужна. Целых семь. Правда, один из них хочет меня убить, другой — препарировать, а третий смотрит так, будто уже видит мой труп.
Глава 3. Испытание
Меня никто не спрашивает, хочу ли я куда-то идти.
Райгар разворачивается и шагает в глубь зала, туда, где каменная стена уходит во тьму. Остальные перестраиваются вокруг меня, как конвой. Я всё ещё сижу на шкурах, босая, в рваном платье Белоснежки, с кровоточащей ладонью, и пытаюсь осознать происходящее.