— Здесь.
— Всё нормально?
— Полин, у тебя есть его паспорт, номер машины и фотография, на которой он выглядит так, будто его давно разыскивают. Если ситуация изменится, ты узнаешь первой.
Максим медленно повернулся ко мне. Я отвернулась, чтобы не рассмеяться.
— Напиши, где остановитесь, — попросила Полина.
— Обязательно.
Я отключилась.
— Федеральный розыск? — уточнил Максим.
— Фотография действительно получилась суровая.
— Вы сами попросили встать возле номера, — возмутился Максим.
— Полина просто осторожничает.
— Правильно делает.
Я посмотрела на него.
— Вас совершенно не задевает, что две женщины уже несколько часов обсуждают, насколько вы потенциально опасны?
— Нет.
— Почему?
Максим завёл двигатель и дождался, пока машина впереди завершит разворот.
— Потому что я сам сейчас не доверил бы незнакомому человеку больше необходимого.
Сказал буднично, но шутки в голосе не осталось.
— Вас тоже кто-то обманул?
Он посмотрел в зеркало и выехал обратно на дорогу.
— Было дело.
До Озёрного мы добирались почти сорок минут. Сначала поток двигался более-менее уверенно, потом навигатор начал собирать на одной дороге всех, кто пытался объехать закрытый участок, и движение замедлилось до скорости человека, который очень не любит торопиться.
— Вам самому далеко ехать? — спросила я.
— Дальше на север.
— Насколько дальше?
— Достаточно, чтобы на сегодня уже не строить точных планов.
— Из-за меня вы можете вообще туда не попасть.
— Алина, снег пошёл не из-за вас. А остановился я потому, что сам решил остановиться.
Я посмотрела на него.
— У вас всегда так: кто решил, тот отвечает? Удобный принцип.
— Не всегда.
Он больше ничего не добавил, но почему-то именно после этой фразы я вспомнила его короткое «было дело» и решила не спрашивать.
Озёрное оказалось не деревней, которую я ожидала увидеть, а вполне приличным посёлком с несколькими пятиэтажками, частными домами, школой, рынком и заправкой, возле которой скопилось столько машин, словно власти официально назначили её центром спасения всех заблудившихся водителей области.
Кафе тоже нашлось.
Правда, на двери висела бумажка: «Технический перерыв с 14:00 до 15:00».
На часах было без десяти три.
— Мне начинает казаться, что сценарий этого дня кто-то заранее продумал, — сказала я.
— И этот человек вам точно не нравится.
— Почему только мне?
— У меня утром хотя бы машина заводилась.
— Вечер еще не наступил, — съязвила я.
Максим посмотрел на меня.
— Вот теперь вы действительно переняли мой стиль общения.
Связь в посёлке заработала, и наши телефоны почти одновременно начали получать пропущенные уведомления. Я открыла сайт дорожной службы.
Федеральную трассу закрыли полностью. Несколько ДТП, почти нулевая видимость, грузовик поперёк двух полос. Время снятия ограничений не называлось.
Я показала экран Максиму.
— Всё. Там официальное перекрытие.
— Тогда обратно смысла нет.
— Значит, остаётся отель дорожника-пророка.
Мы снова открыли карту. В двадцати трёх километрах от Озёрного обнаружился «Сосновый берег» — загородный комплекс у небольшого озера, где обещали ресторан, сауну, несколько домиков и «покой в окружении векового леса».