Он вспомнил, что был рядом с Вильгельмом, когда тот велел лучникам пускать стрелы почти отвесно вверх, чтобы они падали на головы Гарольда и его людей прямо с неба.
— Им придется поднять щиты над собой, — объяснил герцог Вильгельм. — И пока они прячутся под ними от стрел, наши нормандские рыцари еще раз попробуют одолеть холм.
— Новая атака лучников была успешной, — сказал сержант Кайен. — Говорят, что одна из стрел угодила Гарольду в глаз. Он лежал на щите, корчась от боли. Его люди, возможно, и спасли бы его, но в это время на вершине холма появились наши рыцари. Четверо из них поскакали к Гарольду, лежавшему под своим штандартом с изображением сражающегося воина. Когда Гарольд был убит, саксы дрогнули и побежали.
— Некоторых из них я видела в лесу, — сказала Освин. — Они дрались, пока не стемнело и биться было уже нельзя.
— Да, ночь спасла много сакских жизней.
— Может быть, и жизнь моего Эдвина, — сказала женщина.
— Надеюсь, что это так, — сказал норманн.
— В самом деле?
— Конечно. Вы получите нового короля, земля перейдет французскому барону. А крепкие саксы будут нужны, чтобы обрабатывать эту землю. Если сын вернется, скажи, чтобы он бросил топор и меч. Вильгельм будет добрым королем каждому, кто ему подчинится. Вильгельм Нормандский — человек чести.
— Правда?
Сержант Кайен перевернул кролика, и капли жира с шипением закапали в огонь, окрашивая его в оранжевый цвет.
— Я хочу рассказать о Вильгельме. Когда мертвый Гарольд лежал на вершине холма, рыцарь по имени Иво стал потешаться над его телом. Вильгельм устыдился того, что с благородным врагом поступают таким образом. Рыцари поделят между собой англо-саксонские земли, но Иво не получит ни пяди.
— А что будет с людьми, которые не прекратят борьбы? — спросила женщина.
— Для них герцог Вильгельм будет самым жестоким королем на свете.
Воин снял с огня пахнущее дымом мясо, отрезал кусок и протянул женщине. Она взяла и принялась есть.
— На войне ты должен либо подчиняться приказам, либо умереть, — сказал он.
Глядя на пламя костра, она кивнула.
— Если бы мой Вульф подчинился — остался на холме, как ему велел Гарольд, он был бы сейчас жив, — сказала она.
— А я, возможно, — мертв, — сказал норманн.
— И Гарольд бы остался бы королем, — вздохнула она. — Если б только Вульф подчинился.
Воин поднялся.
— Пусть будет мир в вашем доме, — сказал он. — Завтра я пришлю солдат восстановить крышу.
— Зачем? Ведь я из побежденных.
— Затем, что после того, как Вульф спустился с холма, а Гарольд пал, вы стали нормандкой. Теперь вы одна из нас, и я обязан защищать вас. Жизнь продолжается.
— Не для Вульфа.
— Да, но для вас и для вашего Эдвина. Жизнь берет свое.
Она легла у костра, укрылась с головой в плащ, и ее согрели воспоминания.
Картотека упущенных побед
Норманны победили при Гастингсе, потому что они побежали, а саксы покинули свою выигрышную позицию, чтобы преследовать их.
Говорят, так случилось дважды. Во второй раз — когда, казалось бы, дрогнувшее и начавшее отступать правое крыло войска норманнов вдруг развернулось и принялось громить спустившихся с холма саксов. Скорее всего, они только делали вид, что бегут. Их действия были предусмотрены планом сражения (тактикой). Не в первый и не в последний раз обманный маневр был использован для введения врага в заблуждение.