От автора
Приветствую вас, мои дорогие читатели!
Перед тем как вы откроете первую главу и с головой уйдёте в эту историю, нам нужно прояснить пару важных моментов.
«Право одержимости» — это самостоятельный роман со своей завязкой и отдельной парой. Но если вы не читали «Право порока», то рискуете поймать здесь приличное количество спойлеров к первой книге, так как обе истории живут в одной вселенной, а судьбы героев тесно переплетены. Если вы хотите стопроцентного понимания, кто все эти люди и что происходило на побережье до этого момента, я рекомендую вам начать с «Права порока». Впрочем, даже если вы решите читать только эту книгу, вы всё равно во всём разберётесь и ничего не упустите.
И ещё одно маленькое признание. Изначально я вообще не планировала писать эту историю. Но в какой-то момент я так сильно вдохновилась идеей, что подкинул мне читатель "Право порока", а также героями, что сюжет просто сложился сам собой. В итоге получился этот короткий любовный роман.
Я не знаю, получилось ли это хорошо. Оценивать и судить теперь только вам. Но я очень надеюсь, что эта история захватит вас так же сильно, как захватила меня в процессе работы, и подарит вам приятные эмоции.
Приятного чтения. Игра начинается!
Ваша Анна Лет.
Список тригеров
Разница в возрасте (Age Gap): значительная разница между главными героями (ей — 26 лет, ему — 43 года), троп «мужчина из её прошлого / опекун». Нездоровая ментальная фиксация: граничащая с безумием психологическая зависимость, одержимость и сталкинг со стороны главной героини на протяжении многих лет. Сложные, изломанные отношения: морально серые персонажи, психологическое давление, эмоциональные качели и проверка чужих границ на прочность. Игры с дыханием (Breathplay): элементы асфиксии в постельных сценах, завязанные на пиковом кайфе от подчинения и доминирования. Грубый и доминантный секс: откровенные, для кого-то жесткие интимные сцены, элементы BDSM (подчинение, фиксация рук, контроль, шлепки). Элементы криминального мира: упоминание теневых и легальных структур, мафиозного синдиката и жестоких законов. Нецензурная лексика (в умеренных количествах): присутствует в диалогах для передачи пикового эмоционального накала героев.
Глава 1
— Вивьен! — этот крик, пронзительный, резкий, ворвался в мои мысли, заставив испуганно вжать голову в плечи. Голос Сиены долетел до меня сквозь тонкие, покрытые паутиной трещин стены нашей захламленной двухкомнатной коробки. — Вивьен, черт тебя дери, где ты?
Я затаилась в прихожей, забившись в самый темный угол между криво стоящим шкафом и горой каких-то коробок с вещами, которые мама упорно хранила еще с тех времен, когда была другой. В семье все, кажется, были другими, кроме меня и Син. Какими-то важными людьми из красивых интернет-рассказов, где у женщин были красивые вещи и чистые платья. Но сейчас весь этот мир , в котором мы существовали, для меня, шестилетней девчонки, оставался всего лишь местом для бесконечных пряток. Наверное, так было проще не замечать, как сильно осыпается побелка с потолка прямо на ковер. Пошарпанный и старый. Но он прикрывал пол, который большую часть времени превращается в лаву.