— Формально.
— Перестань.
— Я ещё даже не начала.
Мы идём к лифтам.
По дороге домой заходим с Таней в аптеку. Забираю мамины лекарства и после оплаты мысленно вычёркиваю все необязательные траты до зарплаты.
Дома меня встречает огромное количество обуви для нашей маленькой квартиры. Обувь стоит в прихожей в три ряда, а чьи-то босоножки вообще поселились на стиральной машине.
На стене висит баннер: «С днём рождения, Настя!» Буквы вырезали вручную. «Р» съехала куда-то вниз.
— Пришла! — орёт из комнаты Мариша. — Она пришла!
Из кухни пахнет так, что желудок немедленно напоминает: за весь день у меня был кофе и половина сырника.
Мама выходит первой и обнимает меня.
Крепко.
На ней тот самый фартук, который я подарила несколько лет назад.
— Ты опять весь день готовила?
— Здравствуй сначала.
— Мам.
— Настя.
Ну конечно. Этот спор я проигрываю каждый год.
— Ты голодная? — спрашивает она.
— Немного, — признаюсь.
— Значит, голодная.
Это уже не вопрос.
Мама тянет меня дальше, а под ногами тут же начинает вертеться собака, бьёт хвостом по коленям и пытается сунуть нос в мою сумку.
— Там лекарства, отстань.
Но пёс считает это слабым аргументом.
В комнате уже все.
Бабушка заняла кресло возле стола и оттуда руководит рассадкой. Пришли друзья из института и с прошлой работы. Стол занимает почти всю комнату, поэтому протискиваться приходится боком.
Кто-то включает музыку.
— Ты глухая, что ли? — тут же интересуется бабушка.
Музыка становится тише.
Я смеюсь.
Тесно, шумно, все говорят одновременно — и мне хорошо.
— Садись! — сестра толкает меня к месту во главе стола.
Там стоит медовик.
Мамин.
Тот самый, который она печёт мне каждый год и который, по её словам, особенно хорош на следующий день.
Мы этого проверить не можем. До следующего дня он обычно не доживает.
Сажусь и машинально тянусь к телефону.
Просто проверить, нет ли…
— Убери.
Мариша оказывается быстрее.
— Я только посмотрю.
— Нет.
Она забирает телефон и прячет его на подоконник за шторину.
— Мариша!
— Пятнадцать минут проживёшь.
— Мне вообще-то завтра…
— Подарок! — перебивает бабушка. — Давайте уже, всё остальное потом. Я не вечная.
— Ба!
— А что я сказала?
Мариша хватает что-то из-за спины и протягивает мне.
Глава 2. Тени в свете счастья
Мариша тоже с нетерпением смотрит на меня, её глаза сияют ожиданием. Я улыбаюсь ей, но внутри меня рождается беспокойство.
— Ты чего? Такая задумчивая! — замечает сестра. — Неужели не рада подарку?
— Я очень рада, — отвечаю, приподняв конверт, но чувствую, как мой голос дрогнул. — Просто… много работы, знаешь ли.
— Опять эта работа! — срывается на меня Таня. — Настя, расслабься хотя бы на свой день рождения! Ты ведь не робот!
Я понимаю, что подруга права, но не могу отключить свои мысли.
— Давайте зажжём свечи, — вдруг предлагает мама и быстро достаёт откуда-то спички.
Мама с энтузиазмом пытается зажечь всю эту красоту, но вижу, что ей сложно.
— Настя! Загадывай! — подбадривают меня родные. — Чтобы все твои мечты сбылись!
Тихо шепчу про себя: «Чтобы проект удалось закончить», — и внутренне стыжусь этих слов. Разве можно так эгоистично думать, когда вокруг столько тепла и любви? Моя семья совершенно невиновата в том, что я застряла под давлением работы.