— Нет, я… хотела лишь обезопасить тебя.
— Меня? Или себя? Неужели ты так меня так ненавидишь, что хочешь превратить в мразь, похлеще отца?
— Я… не… — запинается мать.
— Надеюсь, вы найдёте общий язык, потому что я ни за что не попрошу жену такое подписать. Это ясно? Я сейчас позову её, и мы всё обсудим. А потом ты поедешь жить в гостиницу. Я снял двухместный номер, чтобы твой Лёшенька мог отправиться с тобой.
Собираюсь выйти из хижины, а мать с грохотом опускается на диван.
Оборачиваюсь, а она сидит бледнее белой простыни.
— Твоя игра на меня давно уже не действует, — разворачиваюсь и иду на яхту.
Но там нет ни Насти, ни Марины. Зову их, но мне откликается лишь тишина. И куда они делись? Устали от маминого театра и поехали в город? Уже и темнеет. А на душе становится неспокойно. И почему мне в голову не пришло, что мама так на Настю отреагирует? Я должен был предвидеть такой исход.
— Где они? — спрашиваю у мамы, вернувшись в дом.
— Летят домой.
— Не понял, — вздёргиваю брови.
— Настя летит домой, — тяжело сглотнув, отвечает мама. — А где младшая… я не знаю.
Разум затуманивается. Что значит, Настя летит домой, а где Марина не известно?!
— Что ты сделала?! — стискиваю челюсти до боли. — Где моя жена?!
— Жена?..
— Да, Настя уже моя жена! — взрываюсь. — Мы расписались перед поездкой, чтобы не мотаться туда-сюда. Где она?! И куда делась Марина? Девчонка ещё совсем юная!
— Она просто…
— Если хоть с одной из них что-то случится… — стискиваю кулаки и пытаюсь мыслить разумно.
— Сынок, — мама подпрыгивает с дивана.
— Я перестану им быть, если ты сейчас же всё мне не расскажешь. Ясно?
— Мы дали Насте снотворное, а её сестра… она сбежала, когда увидела, как Лёша…
— Что Лёша? — зверею, еле сдерживаюсь, чтобы не схватить все вещи матери не отправить в гостиницу прямо сейчас, поэтому отступаю на несколько шагов.
— Ничего такого, он усаживал её в такси…
— Звони ему и молись, чтобы с Настей всё было в порядке. Пусть возвращаются, а я искать Марину! Если с сестрой моей жены хоть что-то случится, я даже не знаю, что с тобой и твоим прихвостнем сделаю.
*Настя*
С трудом открываю глаза. В голове гудит, будто я проспала часов двадцать и никак не могу прийти в себя.
Где я вообще?
— Настя, пора на самолёт, — раздаётся мужской голос. — Ты меня слышишь? Роман Витальевич срочно уехал в Москву.
— В Москву? Зачем? — тру виски, но не могу совладать со своим телом.
— Да, он ждёт тебя там.
Наконец, более или менее прихожу в себя и понимаю, что рядом со мной сидит Алексей, а я в аэропорту. Как я здесь очутилась? Где Марина? А Рома?
Москва?
— Что за бред? — еле ворочаю языком.
— Что-то срочное по работе произошло, — продолжает Алексей.
— Где Марина? — спрашиваю и чувствую, что горло скребёт от сухости.
— Она… улетела рейсом раньше.
— Где моя сестра?! — подрываюсь на ноги и кричу, кажется, на весь зал.
Вместо ответа на мой вопрос Алексей хватает свой телефон и отвечает. В его глазах стоит почти ужас.
— Но… да, она пришла в себя. Я не могу, — его голос дрожит. — Да он же… нет, М… нет…