Я убрала мамины туфли в пакет, пакет — на полку в шкаф, и кивнула маме:
— Пойдем.
Мы сели пить чай. А я еще и завтракать. Мы даже не молчали. Мама что-то говорила про Славку, про его жену и детей — Алену она почему-то не очень жаловала, потом про дядю Лешу. Я старалась вовремя поддакивать и ждала, когда мы перейдем к главному. К цели, так сказать, визита. Начинать разговор на тему денег и вызывать огонь на себя мне совершенно не хотелось. Я не чувствовала в себе на это моральных сил. А еще на меня периодически накатывали воспоминания о вчерашнем — и я не без усилия воли заталкивала их обратно. Сейчас для них совершенно не подходящее время.
Мы так и не перешли к главному, когда раздался звонок в дверь.
Так. Это еще кто?! Вот если это опять мастер являться не вовремя Олег — то сейчас это будет как никогда некстати!
А это оказался Егор. С букетом сиреневых ромашек.
— Егор, ты чай будешь? — спросила я, после того, как мне вручили цветы, а я представила маму и Егора друг другу.
— Буду, — согласился он, подхватывая Кефира на руки. На это зрелище уставились все — и я, и мама. Мама, похоже, вообще не предполагала раньше, что этого кота можно брать на руки. А я раньше видела Кефира на руках только у Михи. Кефир, что характерно, удивления не высказывал. Откинул голову на напрягшийся бицепс Егора и подставил шею — чеши, мол. Егор начал чесать, игнорируя наши удивленные взгляды.
— Лесь, ты мне пока налей чаю, пожалуйста, пусть остывает, — Егор, как ни в чем не бывало, с Кефиром на руках, устроился за столом.
Мама моя с абсолютно прямой спиной устроилась напротив Егора. Мне досталось место у узкого края стола.
— А вы чем занимаетесь, Егор?
Вот чего я не ждала — так этого вопроса, заданного практически инквизиторским тоном. До этого моя мама была лишена счастья знакомства с парнями и мужчинами в моей жизни. Егор внезапно первым удостоился такой чести. Ну, это ладно. Но к чему этот инквизиторский тон, мама?!
— Я программист, — безмятежно ответил Егор, наглаживая Кефиру между ушами. Кот повис на руках Егора здоровенной рыжей тряпочкой.
— Говорят, программисты сейчас хорошо получают?
— Не жалуюсь, — все так же безмятежно ответил Егор.
— Значит, вы хорошо зарабатываете?
Егор, наконец, отвлекся от Кефира и в упор посмотрел на мою маму. В его взгляде не было раздражения — в отличие от того, что уже вовсю клокотало во мне. Мама, неужели ты не понимаешь, как бестактно звучат твои вопросы?! Зачем они?! Неужели ты… — я даже похолодела от этой мысли… неужели ты и Егора рассматриваешь, как потенциальный источник денежных средств?! О господи, какой стыд…
А во взгляде Егора было легкое удивление. Мол, с какой целью интересуетесь, уважаемая?
— Не смотрите на меня так, молодой человек, — резко ответила мама. — Алеся — моя единственная дочь. Я должна быть уверена, что моя дочь будет достойно обеспечена.
Я поперхнулась чаем. Что? Что?!
— Я зарабатываю достаточно, чтобы хорошо обеспечивать Лесю, — все так же спокойно отозвался Егор. А вот Кефир воскрес из тряпичного образа, поднял голову и уставился на маму яркими желтыми газами. Он тоже, кажется, был в афиге от таких заявлений.