Мужчина криво усмехнулся:
— А кто его знает? Официально об этом ничего не сообщали. Но подозреваю, что ничего хорошего. Оборотней боятся ещё со времён Всеслава Чародея, когда его могучие воины, первые волколаки, едва не захватили все близлежащие княжества.
— Хм. Если они настолько хорошие воины, то почему бы какому-нибудь боярскому роду не принять их на службу? — продолжил расспрашивать я.
— Потому что сила оборотничества получена не через дар, — пояснил отец Егора. — А из-за проклятия. Поэтому обязательно раз в месяц, несмотря на разум и силу воли, оборотни превращаются в кровожадных тварей, теряют человеческое сознание и начинают вести себя как дикие хищники.
— И ничего с этим нельзя сделать?
— Наверное, как-то можно, — хитро подмигнул мне мужчина. — Вот только если человек слаб характером, не сумеет обуздать зверя или станет слишком часто использовать звериную форму, то рано или поздно волк возьмёт верх. После этого вернуть личность почти невозможно.
— Интересно, — произнёс я, делая вид, что услышал всё это впервые. — Так вы полагаете, что кого-то из диких мы всё же обнаружим?
— А кто его знает? — пожал плечами ходок. — Произойти может всякое. Поэтому я хочу, чтобы вы были готовы и не решили, будто это рядовой выход. Смотрите в оба.
— Что-то вы слишком разговорились, — недовольно посмотрел командир на ходока, рассказывающего мне про оборотней, а я вспомнил слова Евгена о том, что меня попробуют поставить в сложную ситуацию и укусить.
«Могут даже кого-то из своих отправить изображать дикого. Достаточно будет дождаться, когда отряд вступит в бой с нежитью, заставить меня израсходовать запас магической энергии, а затем позволить актёру меня укусить. Остальные ведь не знают, что Леонович желает от меня избавиться».
Перед выездом я ещё раз проверил вещи.
Шашка находилась в одном артефакте, магический жезл — во втором. Зелья — в отдельных карманчиках, чтобы их не пришлось искать в самый неподходящий момент.
До пункта пропуска добрались быстро, но на этот раз парковка и близлежащая дорога на несколько сотен метров оказались забиты самыми разнообразными транспортными средствами. Здесь стояли автобусы ассоциации, машины полиции, тяжёлые армейские грузовики и несколько дорогих автомобилей с гербами боярских родов. Поиски следов диких оборотней проходили серьёзно. Без шуток.
«Людей поднялось как-то слишком много. Кажется, что без интриги Игоря Леоновича здесь не обошлось. Он отправил Евгена с приятелями за мной, а теперь использует обстоятельства их смерти, чтобы прикрыть собственный зад. Опасный противник. Нужно будет его валить. Обязательно. Пусть только вернётся».
Через пограничный пункт мы прошли так же, как и в прошлые разы, только быстрее, и я даже успел заметить несколько мужчин в форме, которые спешили нас пропустить.
В проклятой земле на плечи привычно навалилась тяжесть, воздух стал будто холоднее, краски поблекли, а далёкие звуки начали казаться глухими и неестественными. Там же, на входе, ходоки встретили несколько слабых тварей: пару скелетов и сильно разложившегося гуля, которые не представляли для двух отрядов никакой опасности. И мы, пройдя несколько минут в глубь земель, свернули и двинулись прочёсывать указанные командиром квадраты.