— Хорошо, — сказал, наконец, маг, и я просияла. — Только осторожнее. Поговорите — и сразу назад.
Я выскочила за дверь кабинета, оставив Дольна недоумённо смотреть мне вслед.
Уже из-за закрывшейся двери до меня долетел вопрос, который, вообще-то, парню давным-давно пора было задать: «Кто она всё-таки такая?».
Но слушать, что ему ответит Сатар, я не стала — убежала переодеваться.
* * *
Кто я такая? Я та, кто, возможно, однажды украла твой кошелёк, диу Дольн. Хотя вряд ли, честно говоря. В Улье я лишь начинала учиться сложнейшему ремеслу карманницы и осмеливалась воровать только у откровенных простофиль. А ты на простофилю не похож.
Но вряд ли ты узнаешь о моём прошлом сегодня. По крайней мере, не от диу Сатара. Ему ни к чему признаваться, что в ряды его сотрудников затесалась бывшая беспризорница.
Когда я догадалась, что глава «Находки» понимает, с кем связался, и всё равно не гонит меня прочь, у меня как будто невидимая ноша свалилась с плеч. Я могла ошибаться, конечно, а значит, расслабляться было рано. Но хотелось бы всё-таки верить, что я кому-то нужна, даже несмотря на то, что когда-то считалась грязью в человеческом обличье.
А Дольну, если пристанет с вопросами, скажу, что я сирота, и что воспитывалась у дальней родственницы, бедной, но доброй женщины, жившей в домике на лесной опушке, но часто посылавшей меня в город за продуктами. Такая вот смесь правды и вымысла, которая может объяснить то, что добропорядочному горожанину покажется во мне странным. Подозрительные знакомства в порту, конечно, не объяснит, но, с другой стороны, эти самые знакомства ребёнку завести проще, чем взрослому. Заблудилась как-то раз, замёрзла, местные рыбаки пригласили погреться у костра, а кто-то потом и до дома довёл… Как показывает мой богатый опыт, в самые безумные истории люди верят охотнее всего. Но лучше всё-таки не поощрять желание Дольна и прочих любопытствующих задавать мне много вопросов. Проколоться на лжи легче, чем многие думают.
За размышлениями я и не заметила, как дошла до порта. Улыбнулась покачивающимся на воде лодкам со спущенными парусами и маленьким шхунам, вдохнула запах речной воды и рыбы…
— Ты что здесь делаешь?!
Вот ведь незадача! Развеж редко бывает в порту, но как только я решила заглянуть сюда по делу, он тоже притащился. И вообще-то это я должна задавать ему подобные вопросы: у меня тут много знакомых, я с самого детства вертелась у кораблей.
— Я здесь гуляю, — сообщила я Развежу немножко с вызовом.
— Ну да, гуляешь. Как будто я не знаю тебя! Высматриваешь меня? Шпионить вздумала?
— С какой стати? — оторопела я.
— Хороший вопрос. — Развеж чуть выпятил нижнюю губу и окатил меня взглядом чёрных глаз, как кипятком. Взгляд этот на момент задержался на моём шарфе. Несмотря на то, что лето уже практически вступило в свои права, я всё равно повязала шарф. Во-первых, потому что у реки ветер, а во-вторых, потому что шарф отлично скрывает шрам на шее. — А что ты здесь забыла тогда? У тебя же работа теперь.
Яду в это слово «работа» было вложено столько, сколько помоев сливают по вечерам в Дворницкий канал.