Глава 1 Двор, залитый ненавистью
Леонид Ветров ворвался на территорию особняка, как ураган. Охрана Руслана попыталась было преградить путь, но один взгляд — и они отступили. Все знали, кто такой Ветров. И все знали, что его дочь уже три дня как в земле.
Руслан вышел на крыльцо. Он еле держался на ногах — после ранения, после потери жены, после всего. Бледный, осунувшийся, с чёрными кругами под глазами. Он не спал. Он не ел. Он хотел умереть.
Но Леониду было плевать.
Он схватил зятя за ворот футболки, притянул к себе так, что тот чуть не упал. Зубы стиснуты, глаза горят безумием.
— Моя дочь под землёй! — заорал он, тряся Руслана. — Из-за тебя! Из-за тебя, мразь! Ты спал, когда они ворвались! Она прикрыла тебя своим телом, а ты дышишь?! Почему ты, сука, до сих пор дышишь?!
Руслан молчал. Он не оправдывался. Он не просил пощады. Он просто стоял и принимал это, потому что считал, что заслуживает.
— Убей меня, — хрипло выдохнул он. — Убей. Я сам хочу к ней.
Леонид замахнулся, готовый размозжить ему лицо.
Но тут между ними вклинилась она.
Гвенея.
Двадцать лет. Кудрявые волосы рассыпались по плечам — тёмные, как ночь, живые, непослушные. Зелёные глаза, которые сейчас горели страхом и решимостью одновременно. Она была маленькой, хрупкой, но в ней чувствовалась сила, которую не разглядеть с первого взгляда.
Она подрабатывала медсестрой. Она ухаживала за Русланом после ранения. Она ухаживала за его маленьким сыном — племянником Гвенеи, которого Руслан теперь растил один.
Она встала между ними, раскинув руки в стороны, закрывая брата собой.
— Дядя Лео, — выдохнула она, заглядывая в его бешеные глаза. — Пожалуйста. Не надо. Он тоже не хотел, чтобы всё так произошло. Он любил её. Он любил вашу дочь!
Леонид остановился. На мгновение. Он узнал её. Та самая девчонка, что три года назад опрокинула на него сок. Подруга Алисы. Младшая сестра Руслана.
— Уйди, — прорычал он. — Это не твоё дело.
Но Гвенея не ушла. Она шагнула ближе, встала прямо перед ним, закрывая брата своим телом.
— Леонид Петрович, — сказала она твёрдо, хотя голос дрожал. — Вы не имеете права так врываться и угрожать моему брату. Я понимаю вашу боль. Но он — отец. У него маленький сын. Если вы убьёте его, ребёнок останется сиротой.
Ветров зарычал. Внутри него всё кипело. Боль, ярость, безысходность — всё смешалось в один огненный ком.
— Уйди с дороги, — процедил он сквозь зубы. — Ты будешь меня учить? Ты, девочка….?
Она не сдалась. Её зелёные глаза сверкнули, и она выкрикнула то, чего никто никогда не осмеливался сказать ему в лицо:
— Вы стали таким, потому что потеряли дочь! Я понимаю! Но моя мама потеряла сына, когда он женился на вашей дочери! Вы забрали его у нас! А теперь хотите добить?!
Он завис. На мгновение.
Она сказала правду. Ту самую, которую он не хотел слышать. Что его дочь увела Руслана из его семьи. Что у Гвенеи тоже есть право на боль.
Но гнев пересилил.
Он отшвырнул её в сторону. Она упала на колени, ударившись о ступеньку, но тут же вскочила. И снова бросилась между ними.
В руке Леонида уже блеснул пистолет. Он схватил Руслана за ворот одной рукой, приставил дуло к его виску.