Вот Зоя вольной птичкой и порхала по лагерю, раз за разом прокручивая в голове свой дневной поэтический триумф. Она ведь не только успешно провела конкурс, но и прочитала собственные стихи.
И насколько же приятно теперь вспоминать, как слушатели, затаив дыхание, ловили каждую придуманную ею строчку и как потом бурно аплодировали. Разве кроме Валеры. Но подобное Зою ничуть не огорчало, а даже наоборот, где-то воодушевляло.
Кто чаще других над тобой подшучивает? Кто задирает? Обычно именно тот, кто к тебе неровно дышит. Да-да. И отнюдь не случайность, что они и сейчас незапланированно встретились.
Совсем недалеко от корпуса их родного отряда внезапно вынырнувший из-за поворота Валера едва не сбил Зою с ног. Она испуганно отпрянула в сторону, хотела возмутиться, но потом увидела в руках напарника охапку цветов.
Валера замер, как загнанный охотниками олень, растерянно выдохнул:
– А! О! Ну! – Но в конце концов, неуверенно запинаясь, произнес: – Я думал, ты с ребятами.
– Зачем я буду им мешать? – Зоя кокетливо дернула плечом и, указав взглядом на цветы, поинтересовалась как бы между прочим: – Это букет, да? Кому?
Валера поиграл бровями, подвигал уголками рта, даже почесал свободной рукой висок и вдруг выдохнул:
– Тебе.
И действительно протянул цветы Зое. А та едва не задохнулась от нахлынувших эмоций.
– М-мне?
– Ну да, – подтвердил Валера. – Прости, что наорал на тебя вчера утром. Да и сегодня…
Она перебила:
– Спасибо!
Ей захотелось счастливо рассмеяться, но Зоя не стала выдавать своих чувств. Слишком рано. Она прижала букет, наклонила голову, вдохнула полной грудью терпкий, но ненавязчивый аромат луговых трав.
– Пойду поставлю в воду, чтобы не завяли, – сообщила и бегом припустила к крыльцу.
Душа пела и рвалась к звездам, и Зоя решила, что это самый лучший день за всю смену. Но потом наступила ночь.
Все давно уже спокойно спали, когда над поляной, на которой стояли корпуса четырех старших отрядов, разнесся пронзительный вопль. Он безжалостно вырвал из сладкого сна и заставил подскочить с кроватей. По крайней мере, вожатых третьего отряда.
Лариса за секунду накинула на себя халатик, Руслан натянул брюки, и оба одновременно вывалились из своих комнат на малую веранду. А вопль между тем перешел в испуганный визг.
– Это что? Это где? Это у нас?
– Вроде не у нас. Похоже, где-то в соседнем.
– В первом?
Лариса метнулась к наружной двери, выбежала на крыльцо.
– В вожатской свет горит.
– У кого? У Зои или Валеры?
– Господи! Да какая разница?
Они не заметили, как домчались до соседнего домика, как влетели на веранду, бросились в сторону вожатских каморок. Хорошо, что расположение везде одинаковое, и разбираться не надо. Двери обеих оказались настежь распахнуты, но в одной было темно, а в другой горел свет. Поэтому решать и тут не пришлось, куда бежать дальше.
Руслан первым ворвался в нужную комнату, одним взглядом охватил все, что находилось внутри. И что творилось.
На единственной кровати – полный кавардак: подушка на самом краю, одеяло свесилось на пол. Еще на ней сидела Зоя, съежившись, подобравшись, прижав коленки к груди. Закрывала лицо руками, крупно вздрагивала и что-то бессвязно лепетала в ладони. А Валера, одетый в одни плавки, склонялся над напарницей и на все лады твердил: