Меня начинает мутить. Дамир стоит к нам вполоборота, держа в руке стакан с виски.
Черные рубашка и костюм. Спокойное лицо человека, которому скучно примерно все вокруг. Он даже не смотрит на Ивана. Скользит взглядом куда-то поверх толпы, будто слушает вполуха.
Иван продолжает говорить. Про компанию. Про новые проекты. Про то, как сотрудники рады видеть нового руководителя.
Господи…
Мне хочется провалиться сквозь землю.
Потому что я уже понимаю: Дамиру плевать. На Ивана, на разговор, на этот вечер. Он словно делает всем одолжение, появившись здесь.
— И я хотел представить вам свою жену, — Иван наконец касается ладонью моей спины и практически выталкивает вперёд.— Анастасия.
Перестаю дышать, застываю. Узнает? Или нет… Нет. Он ведь на меня почти не смотрел. Я для него была всего лишь помеха, от которой можно откупиться.
Дыши… Но меня лишь сильней бросает в жар.
Дамир делает легкое движение головой, почти незаметное. Бросает быстрый взгляд на меня, такой же поверхностный как и на всех других.
И вот она секунда облегчения, словно оковы спадают. Грудь наполняется воздухом, кровь заново бежит по венам. Не узнал… Но Дамир замирает, его глаза чуть сужаются, он как будто что-то перебирает в своей голове, а затем медленно поворачивается всем телом ко мне.
Взгляд не меняется, такой же спокойный, уверенный. Только с этой едва заметной полуулыбкой, от которой внутри все холодеет.
Самодовольный ублюдок.
Он узнал.
Конечно узнал.
И теперь наслаждается этим.
Иван продолжает что-то говорить, но его голос превращается в глухой шум. Больше ничего не слышу, только стук собственного сердца.
Потому что Дамир смотрит прямо мне в глаза. Так словно мы стоим в этом зале вдвоем.
— У нас дочь болеет, — доносится будто издалека голос Ивана.
Я резко поворачиваюсь. Нет! Не надо… это… нет.
— Вань, — голос тихий, я задыхаюсь, щеки горя. — Вань, давай… — не могу закончить, пытаюсь сделать шаг вперед, чтобы муж понял, что нужно уйти.
Но он не понимает, и лишь недовольно смотрит на меня, словно убивает взглядом. Разворачивает обратно и продолжает:
— Редкий врожденный порок сердца, срочно нужна операция…
Дамир даже не переводит на него взгляд. Продолжает смотреть только на меня. А я изучаю мраморно-белый пол под ногами.
— Кажется, мы уже встречались, — произносит Дамир, таким тембром, от которого внутри всё начинает дрожать.
Жар резко ударяет в лицо, а пальцы леденеют.
— Да… наверное, — во рту пересохло, голос хриплый. Прокашливаюсь.
Господи.
Хочется исчезнуть, провалиться сквозь землю.
— Да, точно, — в его голосе появляется насмешка. — Возле «Грин Плазы». Вы еще задели мою машину сумкой.
Уголок губ чуть дергается. Он издевается. Специально.
— Вы знакомы? — удивленно спрашивает Иван.
— Не совсем, — быстро отвечаю я. — Просто столкнулись.
Дамир смотрит так, будто ему смешно.
Конечно.
Ему нравится это.
Нравится видеть, как мне неловко.
Как я стою перед ним сейчас.
После слов: «Не все продается».
— Мы бы хотели попросить о помощи, — снова начинает Иван. — Раньше компания давала сотрудникам кредиты в сложных ситуациях. Просто времени у нас почти нет… — Он говорит быстро. Суетливо. Почти заискивающе. И рядом с ледяным спокойствием Дамира это выглядит особенно жалко. — Нам нужно просто немного времени, — продолжает Иван. — Перехватиться до продажи магазина, а…