Какая радость — воссоздавать эти легендарные модели! Какое удовольствие — видеть, как работали старшие закройщицы прежних времен! Какое счастье — снова дать этим образам жизнь! Бушлат, платье Mondrian, платье-bambara и многие другие…
В октябре 2017 года мы с Мартин и Жилем приглашены на открытие музея. Видеть свою работу выставленной на обозрение посетителей — еще одно новое ощущение… и еще один повод для гордости. Но, главное, для нас это замечательный способ отдать дань уважения Месье Сен-Лорану и добавить последнюю главу этой прекрасной истории. Радость, к сожалению, не без горести — месяцем ранее скончался месье Берже.
Мы пользуемся нашей поездкой, чтобы посетить парк Мажорель, чарующее место, которое так любил Месье Сен-Лоран. Я представляю его среди этих пейзажей из грез с Бетти Катру или Лулу де ла Фалез. Ах, если бы пейзажи и декорации могли говорить…
Месье Мэдисон Кокс, президент Фонда Пьера Берже — Ива Сен-Лорана, приглашает нас посетить виллу «Оазис». Виллу, где Месье Сен-Лоран так часто работал над коллекциями. Каждая комната, каждый элемент декора, кажется, рассказывает нам о Месье, его вкусах, его радостях, его страсти к совершенству. И чудится, что он — так близко, что вот-вот войдет в одну из комнат. Как не быть взволнованными?
А некоторое время спустя нас ждет другое прекрасное волнение. Нас с Мартин приглашают принять участие в выпуске Stupéfiant!, программы Леи Саламе на France 5. Тема — «Женщины Ива Сен-Лорана». И Доминик Дерош нашептала наши имена. Мы приходим в ателье на авеню Марсо, где журналистка предлагает поговорить о некоторых знаковых моделях, над которыми мы работали, и рассказать о наших отношениях с Месье Сен-Лораном. Снова погрузиться в эту историю, вернуться в эти места, увидеть студию, вспомнить этого человека, которого мы так любим, — взволновало меня сильнее, чем я ожидала.
Участвуя в этой телепрограмме, я осознаю, насколько была сопричастна истории. Более того, в последние годы со мной регулярно связываются авторы, журналисты, чтобы поговорить о том или ином модельере, его характере, манере работы… Но именно когда ко мне обращается мадам Мари-Луиза де Клермон-Тоннер из дома Chanel, чтобы организовать встречу с руководителем архивов, я действительно начинаю понимать, что означает мой профессиональный путь для нового поколения. Во время нашей встречи на улице Камбон, 31, я прошу разрешения пройтись по дому. Обуреваемая ностальгией, волнением и счастьем, поднимаюсь по большой лестнице. И снова вижу себя четырнадцатилетней, впервые входящей в этот дом и, конечно, не представляющей себе, какие приключения меня ждут. Если бы я могла поговорить с той девочкой-подростком, я бы сказала ей, что будет нелегко, но усилия не будут напрасны. Даже напротив…
Ноги приводят меня в бутик. Завязывается разговор с продавщицами. Да, я начала свою карьеру здесь. Да, я была старшей закройщицей у Карла. И да, я работала на Мадемуазель.
— Правда? Вы знали Коко Шанель? — спрашивает меня ошеломленная продавщица.
— Да, конечно!