Глава 5 Записи Беатрисы
Утром след возле задней двери стал почти незаметным.
Ночная сырость размыла края, но стеклянная пластина, которой я накрыла остатки гасителя, сохранила рисунок. Три параллельные линии проступали на ее поверхности каждый раз, когда я подносила к ним слабый проверочный кристалл.
Средняя линия оставалась короче двух остальных.
Служебный допуск лечебного учреждения.
Не прямое доказательство участия Королевской коллегии. Такой гаситель могли украсть, купить через посредника или получить на одном из городских складов. Но случайный вор не стал бы искать средство, способное подавить магический знак, не разрушая его.
В аптеку приходили за чем-то конкретным.
Я поставила пластину в защитную коробку отца и заперла ее в кабинете Беатрисы.
Тея наблюдала за мной от двери.
— Вы снова ничего не ели.
— Ела.
— Половину яблока.
— Оно было большим.
— Оно было кислым и размером с кулак Финна.
— Ты собираешься измерять еду руками ребенка?
— Только если вы продолжите называть это завтраком.
Я повернула ключ в замке.
После ночного происшествия Тея спала меньше двух часов. Я слышала, как она ходила по чердаку, потом спускалась проверить заднюю дверь, хотя мы договорились ничего не трогать до рассвета.
Сейчас под ее глазами лежали темные тени, однако она уже успела натаскать воды, открыть теплицу и поставить на плиту кастрюлю.
— В кухне каша, — сказала она. — Леона скоро придет. Если вы сядете за документы голодной, она обвинит меня.
— Почему тебя?
— Потому что вы взрослая женщина и, по ее мнению, отвечаете только за серьезные юридические ошибки. За все бытовые глупости теперь отвечаю я.
— Леона такого не говорила.
— Но подумала.
— Не приписывай людям мысли.
— Тогда перестаньте читать мне эту лекцию до завтрака.
Я сдалась.
Каша оказалась густой, с кусочками сушеных яблок и слишком большим количеством корицы. Тея призналась, что нашла ее в закрытой банке на верхней полке и решила использовать, пока продукты не отсырели окончательно.
— Беатриса ненавидела корицу, — сказала я.
— Значит, она ее не покупала.
Я посмотрела на темные крупинки в тарелке.
— Ты добавила сама?
— У булочницы напротив осталась щепотка. Она дала бесплатно.
— Зачем?
— Потому что вы спасли Финна.
— Я не могу принимать плату за помощь продуктами, если помощь оказывалась неофициально.
Тея медленно отложила ложку.
— Это не плата. Госпожа Ора всегда дает корицу тем, кто переезжает на улицу. Говорит, что так в новом доме быстрее появляется запах еды.
— Всем?
— Почти. Господину Торну не дала, когда он развелся и снял комнату над мастерской.
— Почему?
— Он назвал ее булочки сырыми.
Я решила не искать в этом скрытого обязательства и продолжила есть.
На Драконьей улице любое действие быстро становилось общим делом. К вечеру все знали, кто заболел, кому требовался ремонт и почему возле аптеки ночью появились стражники. При этом о сером пепле никто не говорил.
Тея выполнила обещание. Господин Торн тоже не задавал вопросов, хотя утром долго осматривал царапины на новом замке.
Леона пришла около девяти.