— Наш Паша не мог помешать своему приятелю и его эскадре занять позицию перед нами. Мы знали все суда. Мы также знали все экипажи, стоявшие перед нами. Мы и думать не могли, что они вот-вот атакуют нас. Все были спокойны. Мы были уверены в том, что англичане пришли, чтобы просить нас снова вместе выйти в море, чтобы сражаться с немцами. Некоторые даже утверждали, что Уитворт прибыл для того, чтобы получить поддержку Жансуля, защитить Мальту и проучить итальянцев. Мы считали, что Жансуля должен был интересовать единственный вопрос: что необходимо было сделать для продолжения борьбы, выполняя при этом приказы Дарлана. Ну, по этому поводу у каждого из нас были свои соображения, снова начались дискуссии… вместо того, чтобы готовиться к бою!
Разве мог Жансуль вообразить, что люди, с которыми он связан узами дружбы, рождённой в борьбе за общее дело, бывшие под его командой всего несколько месяцев назад, с которыми он охотился за немцами в Северной Атлантике, что эти же люди могут подвергнуть его бомбардировке, могут атаковать, потопить его корабли, что люди, с которыми он прожил долгие месяцы в море в трудных условиях зимней морской войны, в водах, считающихся одними из самых опасных в мире, что эти же люди могли повернуть свои пушки против него, зарядить их и отдать приказ стрелять, чтобы сокрушить потоком стали и чугуна!
— Суда, стоявшие напротив нас, действительно были теми судами, с которыми Вы охотились за немцем всего несколько месяцев назад?
— Да, «Худ» и его эскадренные миноносцы.
За всеми столиками хор: «что?», «проститутки!», «чёрт побери!», «невероятно!», «во дают!» Все оглушены, убиты этой информацией, которая сметает всё, что было рассказано до этого, дабы оправдать вмешательство англичан.
— Это невозможно, Вы лжёте.
Грохот, падает бутылка. Опрокидывается бокал. Пастис течёт маленькой струйкой со стола на пол.
— Я лгу? Извольте взять Ваши слова обратно.
— Дайте ему договорить, извинитесь.
— Вы же не будете драться?
— Извините меня, я не хотел оскорбить Вас, но Вы должны понять моё удивление…
— А каково было наше, когда пули 406 мм полетели в наши рожи!
— Вы действительно знали прибывших англичан, Вы ведь воевали вместе, правда?
— Сколько же можно повторять Вам всё это, объяснять. Конечно, мы не знали их всех, но большинство, да. Мы знали их адмиральский корабль, флагман, который вёл эскадру. Всего лишь несколько месяцев назад мы были в патруле вместе с «Худ», сколько раз ещё я должен это повторять. Могу даже сказать Вам, что их знаменитый «Худ» по сравнению с «Дюнкерком» — настоящее сабо! Он едва ускорялся до 30 узлов, да и то при спокойном море, в то время как мы могли мчаться со скоростью почти в сорок узлов.
— Мы вовсе не прочь снова сражаться с парнями, с которыми уже когда-то воевали вместе.
— А разве не было среди них тех, кто предпочёл бы вернуться домой, а не выходить в море?
— Конечно были, но их было немного. В кают-компании «Бретани» офицеры открыли шампанское, увидев прибывающих англичан. Они только и мечтали о том, чтобы снова сражаться вместе.