Вдруг ему все это показалось таким нелепым.
Самая обычная, ничем не примечательная комната, девушка, живущая одна, по свидетельствам всех соседей. Чем она заслужила такую беду?
Тогда он опустил ручницу, спрятал «Крик дракона» и под покровом непроницаемой черноты ночи перемахнул через ограду дома, где жила девушка.
Она снимала один из шести домов с небольшим двориком, соединенных общей крытой галереей. Дворик девушки, словно защищаясь, был отделен от соседних домов, где жили другие постояльцы, стеной в человеческий рост. Сам двор был квадратной формы и небольшой – стены длиной по два чжана[56] , сразу за входом располагался крытый зал для приема гостей, в котором не было ничего, кроме письменного стола и двух стульев с мягкими сиденьями.
Вокруг царила тишина. Чжу Юйхэн запрокинул голову и взглянул на второй этаж, раздумывая – прямо вломиться в комнату девушки или выманить ее на улицу. Не успел он принять решение, как на лестничной площадке загорелся слабый свет.
Держа в руках лампу, А-Нань спустилась со второго этажа.
Приемный зал прекрасно просматривался, поэтому Чжу Юйхэн рефлекторно отскочил в сторону и укрылся в зале в задней части двора. Он был отгорожен деревянной стенкой, вдоль которой друг за другом возвышались шесть огромных шкафов. Сейчас юноше было не до размышления о такой странной планировке дома, он быстро подбежал к одному из шкафов и укрылся за ним.
Свет лампы, перемещавшийся в темноте, замер в приемной зале, а затем направился в сторону Чжу Юйхэна.
Девушка появилась у входа в зал, лампа озаряла ее с ног до головы, но была не способна осветить силуэт, прятавшийся за шкафом. Прислонившись к нему спиной, Чжу Юйхэн услышал, как А-Нань, смеясь, шепотом спросила:
– Это ты, что ли, соседский котя? Ишь ты, какой смелый, тайком проник в мои владения! Так просто я тебя не отпущу.
В темноте ночи ее низкий и словно освежающий голос, мягкое дыхание нежно ласкали слух, как если бы она шептала Чжу Юйхэну на ухо. Юноша задержал дыхание, тьма перед глазами сгустилась.
– Кс-кс! Эй, я тебя зову, а ты не выходишь – какой непослушный!
Говоря это, девушка снова замерла и слегка повернула лампу в руке, абажур качнулся, ткань взметнулась вверх как лепестки лотоса, а затем опустилась на фитиль. Свет неожиданно погас, и все вокруг тут же погрузилось в непроглядный мрак.
Окруженная темнотой, А-Нань отставила лампу на стол поблизости, а затем вскинула руки и дважды хлопнула в ладоши. Вместе с этими хлопками под потолком вдруг появилось слабое мерцание, рассеянной пыльцой начавшее опускаться вниз, обволакивая собой весь зал. Чжу Юйхэн в полном недоумении поднял глаза и присмотрелся, в полной темноте вокруг плавно и тихо рассеивались источавшие свет пылинки, похожие на изящные снежинки, спускающиеся зимой с облаков, безмятежные и бесподобно прекрасные.
В тихом закрытом помещении пылинки словно качались на невидимых волнах. Они были слишком легкими, поэтому опускались на пол поразительно медленно, как будто эти крошки могли вечно плыть в воздухе. Не шевелясь, Чжу Юйхэн наблюдал за этой удивительной, практически нереальной картиной, задержав дыхание и стараясь сохранять спокойствие. Девушка тоже нисколько не волновалась, а молча ожидала чего-то в темноте.