Подтянув его на камень, девушка смущенно попыталась отдернуть руку, но тут его тело качнулось, и Чжу Юйхэн чуть не соскользнул с камня, поэтому А-Нань пришлось снова поддержать его, освещая ухабы под ногами. С досадой она сказала:
– Все-таки ты слишком привык к ровным дорогам, чуть-чуть камней – и уже невмоготу.
Он не ответил, лишь молча сжал ее руку. Так они и шли, рука об руку, в свете факела, пока не вышли с того участка, и лишь тогда Чжу Юйхэн отпустил ее.
Легонько кашлянув, А-Нань жестом показала ему следовать за собой вниз и сказала:
– Цзи Чэнмин оставил дверной замок, мы пока не можем его разгадать. Ты находил среди его вещей какие-нибудь ключи к разгадке?
– Да.
– Правда? И что же? – краткий и четкий ответ Чжу Юйхэна обрадовал А-Нань.
Юноша на мгновение задумался, но в итоге не стал рассказывать, что всю прошлую ночь провел в бесконечном осмотре вещей Цзи Чэнмина.
Причиной поисков был тот железный шарик. Такой же, как те, которыми ее сообщники передавали ей сообщения. Цзи Чэнмин был умным человеком, вряд ли он не запомнил бы простые семь шагов для открытия шарика. Тогда зачем ему было оставлять инструкцию, которая в итоге и разоблачила его?
– Единственное возможное объяснение – он шел в Три больших дворца уверенный, что живым ему оттуда не выйти, а потому ему нужно было передать некоторые сведения. Однако чтобы передавать сообщения или чтобы оставить во дворце свои «глаза и уши», необходимо было выбрать преемника, который заменил бы его, – это было его предположение, которое он сообщил деду.
Тот полностью согласился. Он молниеносно, за одну ночь, прошерстил всех во дворце, кто имел любые контакты с Цзи Чэнмином, выявил подозрительных и затем два часа подвергал их допросам. В конце концов один ничем не примечательный евнух, не выдержав жестоких методов, вскоре после рассвета сознался.
– Я получил от него карту входа – карту вот этого туннеля и планировки его коридоров. И еще одну фразу, – опустив все детали, коротко объяснил Чжу Юйхэн.
– Какую?
«Если встретится препятствие – выход в конце шарика».
Но Чжу Юйхэн не произнес эти слова. В конце концов, этот шарик связан и с А-Нань. Хотя он и поручился за нее перед дедом, убедил его, что она не имеет отношения к Зеленому лотосу, но пока он сам не узнает всю правду, он не будет наивно раскрывать ей все.
А-Нань, видя, что он молчит, уже хотела переспросить, как вдруг впереди замерцал свет – подземный ход повернул, и они оказались перед дверью. Изучавший цифры Чжугэ Цзя, увидев, что Чжу Юйхэн действительно спустился, крайне удивился и поспешил вместе с подчиненными отдать ему честь.
– Не стоит. – Чжу Юйхэн дал им знак не церемониться в такой момент, подошел к двери и взглянул на тринадцать цифр.
– Один, два, три… сто, тысяча, десять тысяч. – Он размышлял, как это связано с оставленной Цзи Чэнмином фразой «выход в шарике».
Подумав недолго без результата, он взял несколько деревянных иероглифов, висевших под рамкой, и снова осмотрел их.
Иероглиф «И» был простейшим – просто горизонтальная палочка[174] . Иероглифы «Эр», «Сань», «Лю» и «Ба» требовали веревочки для соединения черт. Остальные цифры были просты для вырезания, и лишь иероглиф «Вань» обладал довольно сложной формой, но резчик справился отлично, сквозная резьба в середине была четкой, без малейших изъянов или разрывов.