Дальше начался отбор претенденток. Каждая их них подходила к чаше, опускала туда указательный палец левой руки и ждала вердикта.
Если водная гладь оставалась неподвижной — ее отправляли восвояси. Если появлялись какие-то знаки, то оставляли в башне.
Надо сказать, выбывающих было больше, чем тех, кто остался. Три раза из четырех вода оставалась спокойной и равнодушной к чужим надеждам и чаяниям. А в те разы, когда откликалась, по ее поверхности то разбегались круги, то начиналась мелкая рябь словно в помещении моросил дождик, то закручивались ленивые водовороты.
В основном все претендентки объявляли о скрытом даре, только двое заявили, что у них есть метка богини. Связанных с драконом не было.
Поэтому, когда подошла моя очередь, я приблизилась к постаменту и немного дребезжащим голосом произнесла:
— Юнона Блэкмур из Хортена. Ведьма третьего круга. Жена дракона.
Самая молодая из ведьм протянула мне раскрытую ладонь, и я с некоторой опаской отдала ей брачную грамоту. Она посмотрела ее на свет, прикоснулась к нашим отпечаткам. Потом лизнула кончик пальца.
— Ммм, и правда дракон, — промурлыкала она, хищно блеснув глазами, — вкусно.
В тот момент какая-то часть меня ощетинилась и полыхнула желанием проклясть эту нахалку, посмевшую облизываться на моего мужа.
Честно слово, еле сдержалась! А она, почувствовав мой порыв, прохладно улыбнулась и кивнула на чашу:
— Пробуй.
Стыдясь собственных эмоций, я нервно дернула плечом и опустила палец в воду.
И чуть не завопила и не выдернула его обратно, потому что она была горячая!
Молодая ведьма напротив меня улыбнулась еще шире.
Ее рук дело! Вот сучка! Думала испугать? Как бы не так!
Я вскинула подбородок и со спокойным достоинством уставилась в окно несмотря на то, что мой бедный пальчик варился в проклятой чаше. Метка, кстати, тоже грелась и пульсировала так, словно по черным линиям пусти обжигающий кипяток.
Мне показалось, что время остановилось. Что бесконечно долго стою возле чаши и жду результата. Хоть бы не провал. Пожалуйста!
И вот когда я уже была готова запищать от отчаяния, поверхность воды внезапно вскипела, покрывшись бурными пузырями.
— Годна, — бесстрастно сообщила старуха.
На ватных ногах, я отошла к тем, кто был избран купелью.
Я справилась. Меня приняли!
Спасибо, Максипусечка ты моя сладкая! Только благодаря тебе! Солнышко ты мое бескрылое. Змееныш ты мой, не вылупившийся. Не зря я половину своих фирменных элексиров потратила, чтобы тебя с ног свалить. Ох не зря. Встречу еще раз — обязательно расцелую. В обе твои распрекрасные драконьи щечки.
Остаток отбора я провела, посасывая обваренный палец, радуясь своей удаче и попутно пытаясь унять разбуянившуюся метку. Она дергалась, чесалась, кололась. Жар от нее уступил место игривому холоду, который поднимался все выше по руке и вскоре добрался до плеча, потом переполз на шею и выше на затылок.
Я едва смогла с ним совладать и постоянно ежилась, пытаясь согреться, но была слишком взбудоражена предстоящим посвящением, чтобы придавать таким мелочам особое значения. Как выяснилось чуть позже — очень даже зря.