Матушка была одержима идеей найти мне достойную пару. И если пока я учился в Дрейкморе еще как-то держала себя в руках, то после моего выпуска со всей страстью и упорством ринулась налаживать мою семейную жизнь. Она отказывалась даже слушать о том, что мне и так хорошо, и я не собираюсь жениться только ради того, чтобы она была довольна и могла похвастаться перед подругами.
Поэтому сегодня, обнаружив в своем доме незваных гостей, я рассердился.
Мне нужно было срочно найти Ю, чтобы свернуть ей шею, а вместо этого от меня явно ждали посиделок и совместных чаепитий.
— Максимилиан! Сын! — маменька поднялась с кресла и, широко раскинув руки для объятий, двинулась мне навстречу. — Я так рада тебя видеть.
Она обняла меня, поцеловала в щеку и сморщилась, уловив горький аромат дорожной пыли, пота и коней. Посмотрела с выразительным упреком, потом взяла под руку и мягко заставила обернуться к гостям
— Знакомься, Макс. Это моя давняя подруга Вильгельма и ее очаровательная старшая дочь Николетта. Между прочим, лучшая воспитанница пансионата благородных девиц. У нее блестящее воспитание, отменный вкус и ангельский голос. Спой нам, милая….
О нет, последнее до чего мне сейчас было дело — это чужие песни.
— Прошу прощения, но вынужден отказаться от столь прекрасного времяпрепровождения.
Николетта, уже набравшая полную грудь воздуха, замерла с распахнутым ртом, не проронив ни звука.
Мама виновато улыбнулась гостям и поспешила сделать мне замечание:
— Макс, это не вежливо. Гости хотят порадовать, а ты…
— А я очень занят, — я не позволил ей оседлать любимого конька, — и прямо сейчас мне нужно удалиться по делам. Так что прошу прощения еще раз, был раз знакомству, всего хорошего!
И не дожидаясь очередного замечания, покинул гостиную.
Я и правда очень занят. В моей голове только таинственная нахалка Ю, а все остальное не вызывало ни малейшего интереса.
Когда через пятнадцать минут уже посвежевший после душа, переодевшийся в чистую одежду, с еще с влажными волосами, я спустился вниз — гостей и след простыл. Зато мать сидела в кресле и с видом оскорбленной королевы тарабанила острыми коготками по подлокотнику. При моем появлении она недовольно поджала губы.
— Ушли? — поинтересовался я, не испытывая ни малейшего угрызения совести.
— Ушли! Мне пришлось извиняться за своего невоспитанного сына, который не в состоянии прилично встретить гостей.
— Разве этот невоспитанный сын кого-то к себе приглашал? Что-то не припомню, чтобы я рассылал пригласительные.
Мама сделала вид, будто не понимает, о чем я и продолжила:
— Я из сил выбиваюсь, пытаясь найти тебе достойную невесту, а ты не ценишь этого!
Я тяжко вздохнул:
— Мам, я не просил тебя никого искать. Это только твоя инициатива и твоя проблема, которую ты придумала на ровном месте. Мне и так хорошо
— Не хорошо, — она категорично хлопнула ладонью по подлокотнику, — не хорошо! Тебе пора задуматься о семье! Мы с твои отцом…
— Да-да, — я не слишком вежливо отмахнулся, но сил слушать одну и ту же историю в сотый раз не было никакого желания, — встретились, когда вам было по восемнадцать, через месяц поженились, а через год родили меня. И живете душа в душу до сих пор.