– Полиция мне ничего не сказала, – бормочу я себе под нос, перебирая пальцами браслет на руке, Лукас молчаливо садится рядом.
– Прости, не хотел тебя расстраивать. После аукциона все были на взводе, мы с Джереми даже не подумали о том, что ты можешь этого не знать. Заставила ты нас всех тогда постареть на десяток лет разом.
Я перевожу взгляд на усталые глаза коллеги, он смотрит в одну точку перед собой, будто на него нахлынули неприятные воспоминания.
– Простите меня, я виновата. Я теперь и так изгой. Из-за меня полиция лишила нас передовой на расследовании.
– Да уж, ты еще та заноза в заднице, – хмыкает он, расслаблено откинувшись на спинку дивана, – но мы об этом всегда знали, Тейлор. Поэтому просто делай то, что делаешь всегда – не сдавайся.
Не могу поверить, что сейчас сижу рядом с Лукасом, и он поддерживает меня. Все наши разговоры всегда заканчивались язвительными дискуссиями или ссорами, но сейчас он единственный кто пришел сюда, рассказал о побеге подозреваемой и теперь дает напутствия. Я сижу, замерев в одной позе и уставившись на него, не в силах поверить, что все это реально.
– Все, минутка поддержки закончилась, – снова бубнит он, вставая с дивана, – не привыкай, Тейлор. Это было первый и последний раз.
Я поднимаюсь с дивана и бросаюсь ему на шею, сжимая в крепких объятиях, от чего он тут же торопеет и замирает, не шевелясь.
– Спасибо, – шепчу я от чистого сердца и быстро отпускаю его, отходя на пару шагов, – не привыкай, Ньюман. Это было первый и последний раз.
Через мгновение он приходит в себя и нервно одергивает пиджак.
– Сообщи, если что-то придумаешь, – бросает он и быстро ретируется из кабинета, оставляя меня в размышлениях.
Как мало нужно человеку, чтобы вновь почувствовать заряд силы и энергии – всего лишь поддержка другого человека.
Я вдохновлено достаю из ящика стола мусорные пакеты и следующий час разгребаю стены своего кабинета от хлама и мусора, накопившегося за время моего здесь провождения. Все, что мне нужно сейчас – это занять себя каким-то делом, чтобы включить мозг в правильном направлении и дать себе мыслить нестандартно. Решение приходит из ниоткуда, казалось в минуту, когда я уже отчаялась что-то придумать.
Телефон подруги очередной раз предательски выдает гудки, пока я пытаюсь дозвониться до нее в третий раз, но это уже неважно, потому что я паркуюсь около ее дома и впопыхах бегу к входной двери.
Лия открывает только после пяти минут моих ударов по двери.
– Вот ведь неожиданность, – удивленно вскидывает она брови, – что на этот раз?
Я наспех целую ее в щеку и прохожу в дом, в котором творится маленький беспорядок. Повсюду разбросаны игрушки, вещи, где-то в гостиной громко работает телевизор.
– Нужна твоя помощь.
– О, конечно, – бурчит она, проходя на кухню, и я следую за ней. – Я и забыла, что ты появляешься всегда, когда тебе нужна помощь.
– Лия, – наигранно ною я, – прошу.
– Что там у тебя? А вообще нет, подожди! Ты была у меня больше двух недель назад, а потом выскочила, как ошпаренная, и даже не позвонила! Я хочу, чтобы ты знала, что ты самый худший друг из всех друзей, каких можно придумать, – Лия возмущенно скрещивает руки на груди, поставив на плиту чайник с водой.
