Сжимая «Нагибатор», я двинулся к стене и вскоре заметил, что серое марево рассекало улицу, дома, деревья, немного скругляясь по сторонам, и уходило вверх, сливаясь с тучами. Снег ложился на марево, как на стекло, и сползал тонкими язычками. Я подошел, примерился и вмазал по мареву «Нагибатором». Бита отскочила, не оставив на сером даже ряби.
— Сука, — прошипел я.
Второй и третий удар дали лишь боль в запястье. Ну а чего я ожидал?
Я прикинул расстояние до ворот, загон получался километра четыре на пять. Если смотреть по карте, вроде как просторно, только отсидеться не получится. По территории бродит восемьдесят один человек с талантами и оружием, и у каждого причина найти и убить соседа раньше, чем это сделает он. Как бы они действовали, если бы знали то же, что знаю я? Попытались бы объединиться, чтобы вместе противостоять жнецам? Вряд ли.
Вдалеке простучала автоматная очередь. Потом вторая, длиннее. После тяжело ударило, задребезжали стекла в мертвых окнах, и над кварталами вспыхнуло рыжее зарево.
Я уставился на счетчик, но количество участников не менялось. Почему?
У кого-то мощный щит, как у Тетыщи? Или ведут огонь по бездушным? В течение минуты никто не умер, потому я все-таки решил, что стреляют по бездушным. Видимо, мертвая Сходня была не пустая, а упокоенная не до конца.
Харвестеры охотились на живых, бездушные оболочки их не интересовали. Интересно, сколько их тут набилось за месяц, в подъездах, подвалах, подземных парковках? Использовать «Зов альфы» я не собирался, пригодится. Пусть орда будет моей заначкой, а не моей проблемой.
Переместившись с открытой улицы во дворы, я активировал «Сокрытие души» восьмого ранга. Теперь для любого чистильщика я был существом без имени и без уровня. «Тень» я на всякий случай провернул на пальце — с учетом моих талантов, вещь бесполезная, но пусть будет. Чистильщики достаточно прокачались, чтобы меня увидеть, а для бездушных я и так свой.
Подыскивая удобное для засады место, я двинулся вдоль каменной трехэтажки. Ненадолго замер у подъезда, вслушиваясь в завывания ветра, отдаленный грохот перестрелки и подозрительный цокот за железной дверью с кодовым замком. Не стоит расслабляться, ведь неизвестно, какие тут бездушные, вдруг отжираются будущие харвестеры, которые едят себе подобных и мною соблазнятся?
Дальше был четырехэтажный дом-чудовище с железными воротами в арке, закрывающими вход и въезд. Противоположную сторону от входа запирали гаражи и сараи.
За домом я уперся в бело-оранжевую школу, обнесенную черным забором, похожим на тюремный, обогнул ее и вышел к современному шестнадцатиэтажному дому, какие есть в каждом городе. На первом этаже была «Пятерочка», естественно, разбитая и разграбленная, вокруг нее выстроились машины, присыпанные снегом. Особенно выделялся микроавтобус, привезший кому-то стройматериалы, — они так и валялись вокруг.
Сразу за зеленым забором — старенький частный дом с черепичной крышей. Я замер, словив дежавю. Казалось, что совсем недавно я стоял в этом дворе, под этим знаком с ограничением скорости 40 и бегущими детьми, — ждал такси и ругался с логистом по телефону.