Женщина спор не продолжала. И в данном случае мой дорогой брат был прав, как бы цинично это ни звучало. Ведь не мы наказываем шахтеров — сама система, созданная министерством ресурсов, их наказывает. Если что-то и менять, так тут целиком все ломать надо, — такой выход пришелся бы мне по душе. Вот только об этом Кей и размышлять не собирался.
Я вернулась к главной теме:
— Уверена, Лиам ответил бы точно, сработало или нет. Заклинание явно предназначено на гораздо меньший ранг, чем у него. Но мне он помогать не станет, пока надо мной кто-нибудь меч не занесет. Может, Татья или Лода его спросят? Да, понимаю, как это звучит после его поступков, однако раньше он относился к ним обеим с сочувствием и пониманием. После его появления в карцере мне показалось, что он приходит в себя хотя бы отчасти. Почему бы не проверить? Хуже, чем есть, он уже все равно не станет.
А ведь я действительно безосновательно верила, что Лиам начал восстанавливаться, ведь он взялся за ум, вернулся к учебе и наладил отношения с друзьями. Да и к моим товарищам он проявил жестокость не на максимальных пределах, с его возможностями уже никого бы не осталось, потеряй он последние барьеры. Я его сломала, но настолько сильный человек потихоньку собирается обратно в первоначальную версию хладнокровного равнодушного змея, с которым все-таки можно иметь дело. Это ведь не худший образ, в конце концов мой брат обычно носит почти такой же.
— Хватит уже привлекать Северта к любому вопросу, — неожиданно давяще произнес Кей. –Мина, ты на нем зациклилась? Надеюсь, он не начал тебе нравиться? Тебе мало того, что он успел натворить?
— Нет, мой дорогой, достаточно, — примирительно ответила я, прощая немыслимое обвинение — даже когда Кей в чем-то неправ, у него все равно лучшие побуждения.
Вроде бы и Лода хотела что-то вставить, но, видя тяжелый взгляд главы отряда, осеклась. Кей после выхода из карцера вел себя с нами строже, чем обычно, но и этому находилось объяснение: ситуация изменилась, а Гельт был частью отряда Волка — мой брат не мог не винить себя и теперь очень опасался подставить под удар еще кого-нибудь. Особенно меня. В его приоритетах я ни на секунду не сомневалась.
Разговор Кей закончил обнадеживающим заявлением:
— Уж с такой мелочью, как проверка заклинания, я разберусь. Дайте немного времени. Если, конечно, вы во мне не сомневаетесь.
Последнее не могло вызвать разногласий: кто-то кивнул, а кто-то широко улыбнулся — среди волчат не было никого, кто поставил бы под сомнение слово Волка. Даже ненадежный Руперт уже давно прилип к нему намертво, как к сильнейшему вожаку.
* * *
Кей и раньше иногда отлучался — просто уходил то посреди ночи, то перед тренировками. Он оценивал обстановку или практиковал мощные заклинания там, где никому не может навредить. Случалось это настолько естественно, что никакого интереса не вызывало. Но однажды я поддалась любопытству и пошла за ним, когда после ужина брат отправил нас на полигон, а сам свернул в сторону. Мой интерес был оправдан — я полагала, что Кей намерен проверить браслет, и хотелось выведать, каким именно образом.