– Ну, вот… – Булкин снова закрыл ее лицо и протяжно вздохнул.
А потом он разбежался и что есть силы, саданул кулаком в окно первого этажа. Удивительно, но удар получился настоящим. Окно треснуло по диагонали. Раздался стук чьих-то быстрых сапог. Двое дежурных выскочили на крыльцо и чуть не запнулись о белый сверток.
Макар улетал восвояси, счастливая улыбка не сходила с его лица.
* * *
Чуть позже.
Демон сидел в своем кабинете, на самой верхней башне огромного замка. Большие окна, зарешеченные золотой вязью диковинного узора, похожего на знаки Соломоновой печати или каббалистическую гексаграмму с Альфой и Омегой, выходили на сторону Черного леса. За окном тлел серый день. Демон не сводил глаз с таинственных символов и хмурился. Потом он отходил от окна, стуча каблуками высоких щегольских сапог.
В этот раз Виктор был одет в тонкую батистовую сорочку и жокейские брюки. Сапоги из кожи комодского дракона плотно облегали сильные ноги. Цвет волос его был нынче русый, с легкой рыжиной. Это был его родной цвет.
Временами Виктор отходил от окна и приближался к огромному камину. Пламя освещала его прекрасное лицо, которое слишком часто меняло свое выражение. Виктор отошел к письменному столу, присел на роскошный солиум, накрытый шкурой капского льва. На столе лежала красная бархатная папка – несколькими минутами раньше ее принес кастелян Овидий. Виктор откинулся в кресле и небрежно распахнул папку. В ней находилась обычная земная газета, которая называлась «Орловские губернские ведомости». И там, на третьей странице, была напечатана статейка, написанная каким-то мелким журналистом, имеющим, по мнению редакции, «большие способности к литературной работе». Статейка вышла в рубрике городских курьезов. Заголовок статьи был достаточно тривиален и сразу же выдавал всю суть оной заметки:
«Путешествие мертвой княжны из Москвы в Орел».
Пробежав глазами по странному названию, вряд ли кто из сонных обывателей Орловской губернии остался бы равнодушен к стараниям местного писаки и не прочел заметку до конца.
«Третьего дня, 5 июня, сего года в Городское полицейское управление Орловской губернии был подброшен труп неизвестной женщины. Сначала местные дознаватели и следователь Мундштуков И.И. терялись в догадках, кем является эта молодая покойница, и кто ее убил. Не найдя на трупе признаков насильственной смерти, следователи сначала не понимали, кто подбросил им этот «подарок»? И почему он не похоронен. К слову сказать, мертвая женщина была одета в дорогое платье, а также украшения, имеющие довольно высокую стоимость. Труп неизвестной доставили в местный морг. Возможно, он бы и остался там, если бы не находчивость дознавателя Колбасина Ф. П. Его жена выписывала себе из Москвы газеты и журналы. В «Московских ведомостях» Колбасин обнаружил заметку, в которой говорилось о том, что с Новодевичьего кладбища был похищен труп княжны Крестовской. Злоумышленники, конечно, постарались замести все следы, и после кражи трупа закопали могилу. Но сторож Савельев Н. Р. проявил большую бдительность. Он увидел свежие комья рыхлой земли на беломраморных дорожках некрополя. Ввиду важности пропавшей персоны, на кладбище прибыл помощник московского обер-полицейского Яшин С. П. Он и приказал вскрыть могилу. И что вы думаете? Гроб в могиле был пуст. Куда же делась княжна?! Сличив все приметы, дознаватель Колбасин сразу понял, кто эта таинственная мертвая незнакомка, оказавшаяся на крыльце Городского полицейского управления. В итоге, усилиями орловской полиции имя покойницы было установлено, и его препроводили срочно в Москву, где и захоронили повторно со всеми почестями, приличествующими данной высокой фамилии. Семейство князей Крестовских осталось благодарно всем участникам следствия. Сторож Савельев Н. Р., а также следователь Мундштуков И. И. и дознаватель Колбасин Ф.П. были награждены ценными подарками. Вы спросите, кому и для какой цели понадобилось красть с кладбища усопшую и везти ее в Орел? Но на эти вопросы следствие так и не дало определенного ответа. Сие осталось тайной, покрытой кладбищенским мраком. Князья Крестовские возвели вокруг могилы своей родственницы высокий склеп и закрыли его на большой железный замок. Мир твоему праху, прекрасная княжна, Елизавета Петровна! Савушкин П. П.»
