Я отперла замок и распахнула дверь.
— Марша! — Бабушка влетела в дом как ураган имени самой себя. — Он невыносим! Ты слышишь?! Ты связалась с ужасным человеком! Он хуже, чем твой отец! Я думала, что Роберт — это предел человеческой несносности, но этот… этот…
Я оглянулась: Зак вошел следом за бабушкой с видом человека, только что пережившего клиническую смерть.
— Отлично, беру! — ответила я бабушке и послала ему сочувственный взгляд.
— Марша! — Бабуля свирепо и осуждающе раздула ноздри.
Но я только хмыкнула: будь она по-настоящему недовольна Заком, она бы так не бушевала: она была бы вежлива и холодна, как арктический айсберг… вроде того, что утопил “Титаник”.
— Водит твоя бабушка конечно… экстремально. — Заку пришлось приложить откровенное усилие, чтобы подобрать приличное определение.
Я, окончательно признав победу железной печки над археологом (один — ноль), опустила спички (коробок опустел наполовину) и сдала бабулю с потрохами:
— Семейная легенда гласит, что бабуле однажды за ее непринужденную езду приостанавливали действие водительских прав сроком на год, но она сделала себе поддельные и ездила по ним!
Бабуля зафыркала, как вскипевший чайник, а Зак, опасливо взглянув на нее, уточнил все же у меня:
— А она сама что по этому поводу говорит?
— Что это оскорбительная клевета, порочащая ее доброе водительское имя, — со смешком поведала я. — Зак, Ба никогда не признается в своих выходках.
В глазах бывалого копа Зака Морелли мелькнуло если не одобрение, то понимание — точно.
Бабушка от этого понимающего взгляда тут же вскинулась, как старый боевой конь, заслышавший звуки трубы:
— И еще раз повторю — чушь и клевета! А родилась эта смехотворная идея только потому, что я однажды целый год была идеальным водителем, не нарушившим ни одного правила и не получившим ни одного штрафа!
— …но без прав.
Мою ремарку бабуля проигнорировала с королевским достоинством, чем-то щелкнула, отчего где-то неподадлеку загудело, и зажегся свет. Ба, довольная произведенным эффектом, продолжила:
— И вообще, кто мне объяснит, ради чего я вынуждена была ехать сюда посреди ночи? К чему эти шпионски-драматические эффекты? Почему нельзя было просто посидеть в ресторане…
— Бабуля, Алистер Коулмен убит.
— Как?.. — Дебора Уайт выглядела растерянной, и это был очень редкий момент в ее жизни. Она, держась за спинку, опустилась в стул. — Я же вот буквально с ним говорила… Алистер жаловался на Алисию и говорил, что нам нужно срочно увидеться, чтобы обсудить кое-что неприятное…
— Что именно? — уточнила я.
— Он не успел сказать. Ему в дверь позвонили. Он ещё очень удивился визитеру. Сказал: “Ну надо же, какие люди!” и пообещал, что перезвонит позже. А с чего ты взяла, что его убили?
— Я была там, — обронила я и по поднятой к грудине руке сообразила, что бабуле не очень хорошо.
Зак дернулся к крану за водой, но Дебора отмахнулась, показывая, что ее так просто не сломить.
— Что ты там забыла?! — воскликнула она.
— Я приехала спросить, что у него за шашни с Алисией. И заручиться поддержкой на случай конфронтации с ней…