– Проголодалась, затейница? – с интонациями лисы спросил тетушкин муж, который не утруждал себя ранними подъемами. Регинда унеслась хлопотать о моем наследстве, и мы оказались вдвоем.
Но мне и в голову не могло прийти, чем может это обернуться.
– Да, – я не собиралась вступать с ним в диалог, но ему это и не нужно было. Как кот, увидевший бесхозную кроличью ногу, он ухмыльнулся и потянул ко мне свою наглую лапу, чтоб потрогать мои ещё не до конца просохшие волосы.
– Какие мягкие, шелковистые. Так и хочется поиграть ими.
Я отпрянула в недоумении.
– Думаю, вам стоит найти себе другие игрушки.
– Ты уже не маленькая, должна понимать, о каких игрушках идёт речь, – меня передернуло от его сальной улыбочки.
Я, действительно, уже не маленькая и понимаю, к чему ведут такие разговоры. Не первый раз слышу подобное. Но сейчас я просто не верила, что это серьезно. Это же почти родственник! Какого нечистого?! Может, проверяет на вшивость? Хочет дождаться, пока я начну улыбаться, и рассказать Регинде?! Рассорить?! Чушь! Мы и так с ней, как соседи. Хотя и с соседями отношения бывают теплей. Я не обольщаюсь на ее счёт, и фальшивое сюсюкание меня не пронимает.
Пока я прокручивала в голове варианты: "Что бы это значило?", ответ оглушил меня, как обухом по голове.
– Ты ж не будешь ломаться? Взрослая девочка, и наверняка уже тебя не раз лапали. Так лучше я тебя научу всему, чем прыщавые сосунки, которые только и могут, что обслюнявить. Так от них еще и понести можно. А я чужого ублюдка не потерплю, выгоню вместе с ним на улицу. Так что давай полюбовно все сделаем.
Я забыла, как дышать. Мне показалось, что в кровь залили какого-то жидкого льда, лишив меня способности двигаться, соображать и вообще как-то реагировать. Я застыла от потрясения. Какой угодно подлости можно ожидать от людей, но не такого.
Однако долго находиться в состоянии перепуганного сурка мне не пришлось. Тот, кто обещал заменить мне отца, решил, что объяснил все доходчиво, и перешел к делу. Чуть ли не остекленевшими от шока глазами я просто фиксировала, как он надвигается на меня. И до последнего не верила, что это не кошмар и что я не сплю.
И только когда мне в нос ударил его запах – запах похотливого самца, а его руки задрали мое платье и принялись нагло шарить у меня в панталонах, я отмерла – мгновенно, будто мне сунули под нос вонючего скунса.
– Убери свои лапы, урод! Иначе я закричу! – зашипела я, забыв о том, что обращалась к нему всегда на «вы».
– Глотку зря не надрывай! Дома никого нет. Даром я тебя кормлю, что ли?!
Я дернулась и умудрилась выскользнуть из его мерзких щупалец.
– Я сказала – не смей меня трогать! Ты ослеп, что ли?! Не видишь, кто перед тобой?!
– Наоборот, прозрел! Ты хорошенькая сладкая девочка, которая будет со мной. Иначе сильно пожалеет.
От приторной сладости в его голосе меня чуть не стошнило, а угроза подействовала, как удар плетью.
Я попятилась и, наткнувшись на стену спиной, поняла, что этот ублюдок сейчас меня просто подомнет, и ему плевать на то, что я племянница его жены и что по факту он живет в моем доме. А потом будет брать, когда захочет, ведь мне уйти некуда. Разве что..