И опять мои мысли, как круг ярмарочной карусели, вернулись к Элине. Как по-другому назвать ее появление, как не помощь Духов?!
– Эль, у меня к тебе разговор. Так что неси приборы, будем есть и общаться.
Не заставляя себя долго упрашивать, Элина нырнула на кухню и тут же вернулась. Повертев головой в поисках места, куда бы присесть, она вопросительно посмотрела на меня.
– Варианта два. Или ты садишься за стол, или мы переносим еду на ковер и сделаем такой дастархан, как у южан. – я улыбнулся, и тут же чуть не взвыл от бессилия, потому что в голову тут же пришел третий вариант, который по понятным причинам я не мог озвучить – «Ко мне на колени». Я выдохнул и про себя сосчитал до десяти.
Девушка осторожно села на краешек стула, с ровной спиной, как птичка, готовая в любой момент сорваться с ветки.
– Элина, ты сегодня совершила геройский поступок. Если бы ты растерялась, последствия для меня были бы фатальными. Не говоря уже о том, что Алиси заболела б от горя и что ждало бы Сезара, если бы его увезли.
– Ну какой геройский! – тут же смущенно вспыхнула она. – Как бы я по-другому могла поступить?!
– Не перебивай, когда старшие говорят! –шутливо пожурил я, и почувствовал, как в области сердца что-то тоскливо сжалось. Чем больше я думаю о ней, тем ясней понимаю, что никогда не смогу ни одну из своих фантазий воплотить. Помимо всего прочего, между нами разница чуть ли не в пятнадцать лет, и теоретически она мне годится в дочери.
– Я понимаю, что для тебя это был огромный стресс, даже в экипаже уснула. Хочу, чтоб ты как можно быстрее забыла этот кошмар. Ликер в настой тебе добавлю, чтоб спалось лучше. И садись нормально, а не как синичка на жердочку. А я с твоего позволения налью себе по-взрослому.
Смешная робкая девочка, от которой я боюсь, у меня скоро ум за разум начнет заходить. Улыбнулась, словно извиняясь.
– А зачем вам спрашивать у меня позволения? – совершенно детский вопрос, но опять он ставит меня на край.
– Затем, что у дамы принято спрашивать разрешения. По этикету.
– А разве я дама? – Элина вскинула на меня свои необыкновенные глаза, и я понял, что фраза «утонуть в глазах» не для красного словца родилась. В приглушенном сиянии свечей они казались бездонными, таинственными, удивительным образом сочетающими девичью робкую невинность и женскую притягательность. Причем притягательность естественную, природную, которой никакие свахи не обучат.
И что я могу сказать? С некоторых пор дама? Путаешь ты мне все карты, маленькая соблазнительница…
Я налил себе полкубка ликера и, лишая себя всего очарования медленного смакования, выпил залпом.
Элина испуганно взмахивает ресницами, и что-то очень похожее на страх плещется во взгляде. Боится пьяных? Опять вопрос о том, откуда она сбежала, что с ней случилось, выплывает на поверхность и уже нестерпимо жжет в груди. Но если я начну узнавать ее, где гарантия, что смогу остановиться и не влипнуть в нее по самые уши? Не влезай, Ардан! – делаю себе предупреждение.
– Дама или нет – это зависит только от самой дамы! – скаламбурил я, отчаянно пытаясь найти правильный ответ на ее невинный вопрос. – Если девушка или женщина ведет себя достойно, значит, она дама. А если бранится как сапожник, и пьет горячительные напитки с матросами, то сама понимаешь, спрашивать у нее позволения выпить, нелепо.