– Будем кричать. Нас столько здесь собралось, что кто-то да придёт на помощь, – проговорила раздражённо Сильфа, одним тоном голоса давая понять, что ей не приходилось по душе количество даэвов, пришедших на охоту.
Когда же наш маленький отряд, состоящий из меня, Айвен и Винсента, отделился и двинулся вглубь, то перед глазами будто предстало другое царство – тихое, очаровывающее и таинственное, тщательно оберегающее свои секреты.
Мне нравилось это место, несмотря на обстоятельства, которые привели нас сюда.
Над головой, крикнув, вспорхнула птица – её не обманула тишина, сопровождавшая наши шаги.
Минул почти час, когда мы, успев наткнуться на отряд наших соучеников, сели на поваленное дерево, решив дождаться глубокой ночи.
Подогнув под себя ноги, сохраняя равновесие, я погрузилась в медитацию. В медитации течение времени плохо поддавалось осознанию. Можно было не заметить минувших часов.
Поэтому я не знала, сколько минут или часов прошло на самом деле, когда лесную тишину разорвал первый гулкий звук, который даже не был воем, а оказался гораздо глубже, имел гудящие нотки и словно пронизывал тебя насквозь. Распахнув глаза, я почувствовала, как волосы встали на затылке. Сердце тревожно сжалось.
Айвен смотрела вникуда широко распахнутыми глазами, полностью обратившись в слух, и неосознанно вжала голову в плечи.
– Это… Это со стороны пруда, – едва не заикаясь, сообщил Винсент, глядя на карту местности в своих руках и указывая направление.
Переглянувшись, мы, не сговариваясь, бросились к воде. Бежали так стремительно, лавируя между стволами деревьев, что ветер свистел в ушах, а ноги едва касались земли. Оглянувшись мельком назад, посмотрев на безмятежный ковёр мха, оставшегося на месте наших шагов, я удивилась, как быстро это место зализывало свои раны.
Но, прежде чем мы достигли пруда, лес успел вновь погрузиться в тишину, нарушаемую лишь присутствием даэвов. Неподалёку звучали голоса, тут и там виднелись фигуры – не мы одни бросились на звук в сторону водоёма. Где-то сбоку, словно насмехаясь, закаркала ворона, неведомо откуда взявшаяся здесь посреди ночи.
– Тварь ощутила угрозу? – предположила Айвен, хмурясь и поправляя меч на поясе, эфес которого даже ночью сверкал крупным инкрустированным в него сапфиром.
– Я тоже так считаю, – заметил Винсент. – Но ведь надо всё равно осмотреться?
– Мы будто что-то упускаем, – пробормотала под нос я и спустя мгновение, забывшись, вскинула голову, собираясь спросить у Морана, что он думает, и в следующее мгновение чётко понимая, что теневого рядом нет.
Застыв на секунду, сглотнула.
И что на меня нашло?
Накрыв задумчиво ладонью рот, подумала: «Всё же мы проводим вместе слишком много времени».
– Что ты имеешь в виду? – тем временем осведомилась Айвен.
– Наставник… Когда он говорил про это задание, то… – Я нахмурилась, вспоминая эмоции, которые ощутила днём. – Ему было весело. Цецилий будто воспринимал эту охоту как забаву.
– И Люций говорил, что, скорее всего, дело не в ревенантах! – Лицо Винсента просветлело.
– Но не стоит забывать, что награда достанется лишь двоим, – напомнила Айвен, хотя мне казалось, что в нашем отряде возможный приз волновал лишь меня.
