Его ладонь соскользнула вниз, пальцы ещё раз прошлись по мне, скользкие от моего желания, и в тот момент я уже знала, что остановки не будет. Я сама раскрывалась ему навстречу, умоляя его о большем.
Арден рывком закинул мою ногу к своему бедру, его бёдра прижались к моим, и я ощутила, насколько он твёрд. Он замер всего на секунду, посмотрел в мои глаза, и я прочла в них и желание, и борьбу, и отчаяние.
— Саша… — его голос был хриплым, рваным.
— Пожалуйста… — вырвалось у меня почти шёпотом.
Он не выдержал. Горячая головка упёрлась в мой вход, скользнула по влажным складочкам, и я ахнула, вся напряглась в предвкушении. Одним мощным движением он вошёл — медленно, но уверенно, позволяя мне почувствовать его на всю длину.
Мир в этот миг исчез. Остались только он, его тяжёлое дыхание у моего уха и чувство наполненности, от которого я выгнулась, зацепившись ногами за его бёдра.
Арден застонал низко, глухо, прижимаясь глубже.
Он начал двигаться медленно, будто пробуя каждое моё ощущение, словно хотел убедиться, что я принимаю его. И я принимала. Внутри меня разливалось горячее удовольствие, я выгибалась навстречу, ловила ртом воздух, чувствуя, как он заполняет меня снова и снова.
Его бёдра прижимались к моим, толчки становились увереннее, глубже. Каждое движение отзывалось во мне дрожью, и я уже не могла сдерживать стоны. Мои пальцы скользнули по его спине, вцепились в напряжённые мышцы, будто пытаясь удержать его ближе, сильнее, глубже.
Арден наклонился, впился губами в мою шею, целовал, прикусывал кожу, оставляя жаркие следы. Его ладонь сжала мою талию, другая — грудь, и это сводило меня с ума.
— Саша… — выдохнул он в мою кожу, — ты очень, очень плохая девочка…
Я стонала громче, чувствуя, как его ритм ускоряется. Мы двигались уже как единое целое — страстно, жадно, так, будто нам обоим было мало даже этого. Его губы нашли мои, и поцелуй стал отчаянным, слияние языков — таким же жадным, как наши тела.
И когда он резко вошёл глубже, чем прежде, я не выдержала — мир вспыхнул, мышцы сомкнулись вокруг него, и я закричала его имя, теряясь в волнах оргазма.
Его движения становились всё более жёсткими, отчаянными, словно он пытался утонуть в моём теле и спастись одновременно. Я всё ещё дрожала после своего взрыва удовольствия, и каждое новое его проникновение отзывалось в сотни раз сильнее.
Я цеплялась за него, впиваясь ногтями в его спину, прижимала его ближе, не желая отпускать. Арден снова наклонился, поймал мои губы, и этот поцелуй был горячим, влажным, с хриплым стоном где-то в его груди. Он дышал тяжело, рвано, а я чувствовала, как он весь напрягается внутри меня.
— Саша… — его голос сорвался, губы соскользнули к моей шее. Он стиснул зубы, утонул во мне последним рывком, и его горячая волна накрыла меня изнутри.
Я слышала, как он глухо зарычал, уткнувшись лицом в моё плечо, а его руки крепко прижимали меня к себе.
Мы лежали так, переплетённые, тяжело дыша, пока сердца не начали биться чуть спокойнее. Его дыхание всё ещё обжигало мою кожу, я чувствовала, как в груди у него гулко стучит сердце.