Он замялся. Илеара с трудом подавила смешок. Интересно, как часто глава Бюро мнётся перед Пастырем, подбирая слова?
— Вы считаете, что это связано со мной, — закончила она. — А ещё вы готовили меня именно к этой самой грани катастрофы. Так ведь, Дехаар? Вот только не сумели просчитать, что План не станет дожидаться моей полной подготовки. И мои новые сны останутся скрытыми от вас. Теперь вы не знаете, что делать.
Арбитр глядел на неё долго и очень внимательно. Что-то искал в её лице, — подумалось Илеаре. И не нашёл, судя по всему.
— Это не сны, Илеара. Вы больше не видите сны. Это память.
— Память? Моя?
— Нет, — Деларан поморщился, словно ответ горчил на языке. — Не вы помните. Вспоминают вас.
Слова упали слишком тяжело. За окнами подвывал заблудившийся в саду ветер, фигура Дехаара показалась вдруг зловещей тенью.
Илеара почувствовала, как по плечам под тонкой тканью рубашки рассыпались ледяные мурашки. И тут же совсем не к месту мысль: как оказалась в ночной рубашке? Дехаар переодел? Насколько же глубоко она уходила в эти видения?
— Объясните, — потребовала она, натягивая на плечи одеяло.
— Вы правы, Илеара. Вы подготовлены для этого сценария. Помните, я говорил вам, что Купол разрушается?
— Ещё мне говорили, что Купол разрушается с момента его создания.
— Да. Но всякий процесс имеет свойство заканчиваться. Мы рассчитали, что Куполу придёт конец довольно скоро и…
— Подождите.
Илеара остановила его взмахом руки.
— Мы. Вы — Бюро? Вы и инкарны? Вы и Дехаар?
Деларан кивнул. Сейчас его лицо выглядело вполне живым — уставшее лицо человека, почти не спящего по ночам. С отёчными веками и сероватой кожей.
— Бюро в моём лице и Дехаар. Да.
Теперь всё сошлось. Сложилось то, что уже было создано заранее, просто упрямо не давало картинку целиком. Или Илеара не желала её видеть, не хотела верить, что её вели к этой комнате, к этому разговору. Годами. Оставались только вопросы, на которые незачем отвечать, и чувства, до которых никому нет дела.
— Кто «вспоминает меня»?
— Ассарим. Илеара, у нас нет времени на долгие объяснения природы Купола и рассказ об истории его создания, — сказал он, осёкся и поправился: — Истинной истории. Позвольте я лучше расскажу о том, что Бюро видит сейчас.
— Как угодно.
Илеара пожала плечами. Она и не ждала, что Арбитр выдаст ей откровения о её судьбе. Сводки с полей и отчёты Бюро — вот что следует знать Пастырю.
— Благодарю, — вполне серьёзно сказал Деларан. — Итак, после Ржавых садов эпизоды нестабильности усилились. Купол начал проседать и рваться слишком быстро. Вы и сами заметили. Беда не в этом, Илеара. Мы ставим заплаты силами Узлов — ткань Купола тут же проседает в другом месте. Но те разрывы, которые латаете вы…
И снова раздражённо посмотрел на Дехаара. Не дождавшись реакции, нахмурился и продолжил:
— Вы отменяете события. Да, к этому мы и стремились. Но Купол слишком активно отвечает на ваши действия, тем самым невольно усиливая саморазрушение. Вы отменяете, он создаёт новые. Это что-то вроде протеста. Ультиматума, если угодно. Купол желает вспомнить вас. Или так: он не желает вас забывать. Что вернее, утверждать не берусь.