Из трубки вновь повеяло холодом.
– Что вы там делаете в три часа утра? – мрачно осведомился Байлз.
– Ну а ты что там делаешь в три часа утра?
– Я приехал сюда, – с убийственной любезностью ответил Байлз, – исключительно ради удовольствия вытащить вас из постели. Не удержался. Захотел лично сообщить, сколько времени вы проведете за решеткой.
Г. М. прищурился:
– Думаешь, сможешь засунуть меня в кутузку, а?
– В данный момент, – процедил Байлз, – я лелею свой гнев, чтобы он не остыл. Оформляю документы.
Г. М. сжал трубку и медленно опустил ее, словно сжимая горло обессиленного врага.
– Предупреждаю, Гил! Если ты…
– Значит, сейчас вы находитесь в квартире настоящей Айрин Стэнли? – Голос Байлза сорвался: – Вы даже не представляете, что я с вами сделаю! Немедленно возвращайтесь в Мараларч!
– Постой! Случилось что-то еще?
– Еще? – простонал Байлз. – Приезжайте немедленно!
Глава семнадцатая
Было еще совсем темно, когда большая желтая машина с Джин, сладко посапывающей во сне на заднем сиденье, выехала из Нью-Йорка. Боб решил остаться с матерью.
Сай сидел за рулем, Кристал – между ним и сэром Генри. Они остановились лишь однажды, чтобы купить утренние газеты, которые потом бросили на заднее сиденье. Вдоль Вестсайдского шоссе тускло горели фонари, а река дышала предрассветным туманом.
За всю дорогу не прозвучало и десятка слов, но и водитель, и пассажиры были переполнены счастьем.
Глаза сэра Генри Мерривейла за огромными стеклами очков блестели бодро и сосредоточенно – и в то же время с заметным злорадством. Сай Нортон, напротив, был замкнут и отрешен, словно снежная вершина пика Дарьена[46] . Кристал, убаюканная ровным гудением мотора, дремала, склонив голову ему на плечо.
Когда они добрались до Мараларча и свернули с Денфорд-авеню на Элм-роуд, небо стало призрачно-серым, а темные силуэты по обочинам обернулись деревьями. Утренняя свежесть пробирала до костей. В тишине сонной улицы тарахтенье мотора казалось оглушительным. Автомобиль проехал мимо длинного белого дома и свернул на подъездную дорожку.
Несколько окон справа и слева от парадного входа были освещены. Г. М. кивнул в сторону библиотеки:
– Он там, сынок.
– Наверняка, – откликнулся Сай. – С наручниками наготове.
В библиотеке, окна которой выходили и на дорогу, и на задний двор, их действительно поджидал окружной прокурор Гилберт Байлз.
Усталым он совсем не казался. Редкие черные волосы, зачесанные на куполообразный череп, живые темные глаза, острый подбородок и кривая улыбка придавали ему сходство с настороженным Мефистофелем.
– Джин едва держится на ногах, – объявила с порога Кристал. – Может, мне уложить ее в постель, а потом сделать кофе?
– Прекрасная идея, мисс Мэннинг, – учтиво поклонился Байлз.
Он стоял у книжного стеллажа. Рядом с толстым томом «Истории испанской инквизиции» Ли Сай заметил пустое место. Второй том прокурор держал в руках, лениво перелистывая страницы.
– Пытаюсь найти здесь, – усмехнулся он, – какие-нибудь советы. Хотя, боюсь, закон не позволит мне ими воспользоваться.
Его спокойствие – особенно с учетом пульсирующих на висках вен – никого не обмануло. Этот человек в любую секунду мог испустить вопль и начать разносить комнату.