Тогда мы узнали, что «вей» — это «поток», а «шир» — природа. «Поток природы», «природный поток»… Элихана тогда призадумалась, а я сразу рукой махнула. Видно же, что чушь какая-то. Не назвали Ширвеей, и на том спасибо.
Кстати, «вея»… Возможно, в имени сестрицы Дольна тоже скрывается какой-нибудь «поток». Надо бы поинтересоваться на досуге, что такое «яр». А имя самого Дольна, скорее всего, вообще из одного слова состоит. Так тоже бывает.
В общем, надеяться на то, что Ярвея написала мне про какого-то другого Клевдира, не про Аптекаря, не стоило. А соваться к этому типу, не заручившись поддержкой Сатара, вернее, «не согласовав» с ним свои действия, я не хотела. Наверное, поумнела всё-таки за последние несколько дней. Так что я мысленно переставила диу Клевдира в конец списка. Перед ним встал человек с длинным именем Вагрисар. Потому что он жил в моём любимом Лаикки, а такое путешествие стоило оставить на сладкое. К тому же Аптекарь тоже обитал именно там.
А сейчас я направлялась в «синий» район, где находилось множество правительственных зданий, и который я — в том числе, по этой причине — недолюбливала.
Путь туда, впрочем, доставил мне немало удовольствия. Погода была — просто благодать, гуляй не хочу. Солнце светило изо всех сил, и многие трабастанцы сменили плотные кепки на лёгкие шляпы или шляпки, а то и вовсе ходили по улице без головных уборов. Когда мне было лет пять, подобное могли позволить себе только самые низшие слои общества, а теперь и вполне приличным людям не зазорно было пройтись с непокрытой головой. Но таких всё-таки было не очень много: не так уж приятно, когда макушку печёт. Очень интересно, кстати, было разглядывать женские шляпки, которые, в отличие от мужских, отличались яркими цветами и замысловатостью пошива. В качестве украшений можно было увидеть и искусственные цветы, и птичьи перья! Подумать только, до чего фантазия у шляпников дошла… Впрочем, наверное, это новые веяния из столицы. Рустей диктовал моду, причём не одной Гальсарии, но и соседним странам. И, надо сказать, не только в одежде — но также в кухне и в культуре, насколько я могла судить. Да что там, даже политика нашего короля была примером для многих. Считалось, что страна процветает, что в ней повсюду царит порядок… не все, правда знали, какой ценой этой порядок иногда обходится.
Ну да не будем о грустном.
Солнце отражалось в окнах, свежевымытых, как всегда в это время года, по стенам то тут, то там струился плющ или же девичий виноград — они, как и прочие ползучие растения, всегда неизменно пробивались сквозь каменные мостовые, словно специально, чтобы добавить красок хмурым трабастанским домам.
А вот и Главный Храм на Площади Света, который каждую четверть неизменно посещает градоправитель со своей женой и двумя детьми в белых воротничках. Самое, наверное, яркое здание в нашем городе, как и положено храму: красные стены и мозаика под барабаном невысокого золочённого купола… Вот Лисий переулок, где друг за другом целых пять галерей на уровне второго этажа, и все так же оплетены зелёным… Вот на углу нищий с обманчиво-отстранённым выражением лица. Он, как и положено сторожу границы района, следит за чужаками. Но не за такими как я. Уже нет.