Оргазм накрыл меня внезапно и я громко закричала, наплевав если кто-нибудь услышит. Какая разница? Разве другие не за этим здесь?!
Кай поднялся, облизывая губы, с улыбкой хищника.
— Мы только начали, Алина.
Он расстегнул брюки, и я увидела его возбуждённого, твёрдого, готового. А затем достал из кармана брюк презерватив и надел его одним движением, снова нависая надо мной.
— Смотри на меня, Алина, я хочу видеть твое наслаждение, — сказал он, медленно входя в меня, давая привыкнуть.
Я смотрела в его серые глаза, в которых отражался малиновый свет, на лёгкую улыбку на губах и капельку пота на виске. И потянулась к нему, требуя большего.
Кай начал двигаться, сначала медленно, глубоко, так, что я чувствовала каждый миллиметр. Потом быстрее, жёстче, вбиваясь в меня с ритмом, который заставлял кровать скрипеть и мои ноги обхватывать его талию. Я царапала его спину ногтями, а он стонал и ускорялся.
— Ты… такая… горячая… — выдыхал он между толчками.
— Ещё, — просила я. — Сильнее.
Он перевернул меня на живот, вошёл сзади глубже, острее. Я уткнулась лицом в скамью и старалась не кричать слишком громко, когда Кай держал меня за бёдра, вбиваясь снова и снова, пока всё внутри не сжалось во второй раз и кончила с его именем на губах.
Кай кончил через несколько секунд, зарычав мне в затылок, и рухнул рядом, тяжело дыша. А я перевернулась на спину, тяжело дыша.
Мы лежали в тишине, разгорячённые, мокрые от пота. Мои волосы прилипли к лицу, сердце колотилось слишком быстро, ноги дрожали. Я смотрела в зеркальный потолок и видела себя — растрёпанную и удовлетворённую. Такой я себя никогда не видела.
Кай повернул голову, посмотрел на меня с ленивой улыбкой.
— Ну как тебе первый день на «Эросе»?
Я повернулась к нему, провела пальцем по его губам и прошептала:
— Я хочу повторить. Прямо сейчас.
— Так и знал, что ты будешь ненасытной, — он громко засмеялся и потянулся ко мне снова, начав целовать так страстно, что у меня перед глазами заплясали звездочки.
ГЛАВА 4
Я проснулась в своей каюте. Простыни сбились в комок вокруг моих ног, как напоминание о том, как я ворочалась во сне, не в силах успокоить тело, которое всё ещё помнило чужое тепло.
Некоторое время я лежала на спине, глядя в потолок, где проекция звёздного неба медленно вращалась, имитируя движение галактики. Одна рука свесилась с кровати, касаясь прохладного пола. Другая — на груди, туда, где до сих пор горели следы от пальцев Кая.
Лицо мужчины всплыло перед глазами — серые глаза, наглая улыбка, шрам над бровью. Его голос, шепчущий мне в ушко: «Ты — огонь, Алина».
Я провела ладонью по бедру, там, где остался слабый синяк от его хватки и улыбнулась в потолок. Первый опыт был восхитительным и самое главное, что никаких обязательств, только страсть.
Вспомнила, как покинула кабинку, неся в руках туфли, пока он попивал коктейль и удовлетворённо смотрел на меня. Но ни я ни он не заикнулись о том, чтобы увидеться снова. Так было правильно по правилам «Эроса».
Но почему же тогда внутри ныла глупая тоска?
Я набросила халат и побрела на приватную палубу. Закат «Помпеи» сменился искусственным утром. Нежно-голубое небо, редкие облака, лёгкий ветерок, пахнущий жасмином. Я села в шезлонг, поджала ноги и уставилась на бассейн, в котором плавали светящиеся рыбки — голографические, наверное, но красивые.