— Ты уже помешал, — я пожала плечами.
— Тогда я уйду, — сказал он, поднимаясь.
— Нет, — вырвалось у меня раньше, чем я успела подумать. — Сиди.
— Ты пытаешься убежать, Алина, — сказал он мягко.
— Я пытаюсь подумать, — ответила я.
— О себе или нас?
— От всего, — прошептала я.
— Не нужно убегать, Алина. — Я не тороплю тебя. Круиз продолжается.
— Дэмиан, — начала я.
— Тшш, — сказал он, приглашая присесть на соседнее кресло. — Просто будь здесь со мной. Ничего больше.
Я покачала головой и вышла из библиотеки, направившись к себе в каюту.
ГЛАВА 12
К вечеру я больше не могла сидеть в каюте, мне срочно нужно было прогуляться, чем сидеть без дела. Стены давили, мысли метались, а сердце колотилось слишком быстро. Я взрослая женщина, а не ребенок. Мне нужно решить с этими двумя, а не прятаться от них весь круиз.
И теперь я стояла посреди своей каюты, глядя на открытый шкаф, и чувствовала, как внутри меня нарастает паника.
Сотни нарядов — подарок системы, которая адаптировала гардероб под мои предпочтения. Шёлк, атлас, кружево, бархат — все оттенки чёрного, синего, серебристого. Но ни одно платье не казалось правильным. Ни одно не отражало того, что я чувствовала сейчас.
Я попыталась надеть первое попавшееся платье — строгое, чёрное, закрытое и почувствовала, как оно душит меня. Слишком правильное и похожее на ту Алину, которая прилетела на этот лайнер. Сняла его и отбросила в сторону.
— Элиан, — позвала я, и голографический консьерж мгновенно появился передо мной в своём белоснежном мундире.
— Доктор Воронцова, я слушаю вас. Чем я могу помочь?
— Мне нужно платье, — сказала я. — Для вечерней прогулки. Я хочу… чувствовать себя красивой. Но не так, как раньше. Я хочу чувствовать себя свободной.
— Я понимаю. Позвольте мне предложить вам несколько вариантов, — он щёлкнул пальцами, и передо мной закружились голографические проекции платьев. — Учитывая ваши предпочтения, я бы рекомендовал что-то лёгкое, струящееся. Атлас. Он отражает свет и подчёркивает движения, не сковывая их.
Он остановил одну из проекций — платье из мягкого атласа цвета лунного серебра. Оно было простым, без выреза и лишних деталей, но ткань струилась так, будто была соткана из самого света. Длинное, до пола, с открытой спиной почти до поясницы и разрезами по бокам, которые открывали ноги при каждом шаге.
Я смотрела на него, чувствуя, как внутри что-то замирает.
— Оно идеально, — прошептала я. — Но… оно слишком открытое.
— Доктор Воронцова, — мягко сказал Элиан, — вы просили чувствовать себя свободной. Открытая спина — это не вызов, а доверие к себе. Вы можете быть красивой, не прячась.
Я сделала глубокий вдох. Он был прав. Вся моя жизнь была попыткой спрятаться за строгими костюмами, правильными манерами и контролем, который я так отчаянно держала. А теперь я стояла перед выбором: снова спрятаться или наконец позволить себе быть видимой.
— Я надену его.
Платье материализовалось на манекене, и я подошла ближе, касаясь пальцами ткани. Атлас был прохладным, гладким, как вода. Он струился сквозь пальцы.
