— Кай, — Дэмиан кивнул без тени смущения, будто ничего не произошло. — А я думал, ты в баре. Обычно ты там до утра.
— Надоело, — Кай приблизился к нам. Его походка была ленивой, почти вальяжной, но я чувствовала напряжение в каждом его движении. — Решил проветриться. И что я вижу? Вы… — он запнулся, поправился, — любуетесь океаном. Как романтично. Я, кажется, помешал?
— Именно, — спокойно ответил Дэмиан. — Алина интересуется искусственными экосистемами. Я показываю ей океан.
— Алина? — Кай поднял бровь, и его взгляд метнулся ко мне, прожигая насквозь. — Уже на «ты»? Быстро ты, Дэмиан. Хотя ты всегда умел убеждать. Это твой талант — делать так, чтобы женщины чувствовали себя особенными, пока не поймут, что ты просто коллекционируешь их, как свои артефакты.
Тишина повисла в воздухе, густая, как дым. Я смотрела на обоих, чувствуя, как искрит между ними. То самое напряжение, которое я заметила ещё в выставочном зале. Не просто ревность, а что-то более старое и глубокое. История, о которой я ничего не знала, но которую чувствовала каждой клеткой.
— Кай, — сказала я наконец, стараясь, чтобы голос звучал ровно, хотя внутри всё дрожало. — Ты пришёл что-то сказать или просто понаблюдать? Потому что если второе, то мы уже закончили.
Он перевёл взгляд на меня, и в нем было столько всего, что я на мгновение забыла, как дышать. Горечь. Обида. Желание. Уязвимость.
— Пришёл пригласить тебя в казино, — сказал он. — Сегодня вечер «Звёздный покер». Играют на интересные ставки. И ты, — он усмехнулся, — ты выглядишь как женщина, которая умеет рисковать и которая не боится проиграть.
Дэмиан молчал. Он стоял рядом, не вмешиваясь.И его молчание говорило больше, чем любые слова. Он давал мне свободу выбора. Кай же требовал ответа и реакции.
Я переводила взгляд с одного на другого. Океан за моей спиной плескался алыми волнами, и их шум смешивался с биением моего сердца. Хотела ли я согласиться?
— А что ты ставишь? — спросила я у Кая, и мой голос прозвучал хрипло с вызовом и предвкушением, чего я никогда не позволяла себе.
Он наклонил голову, и его улыбка стала опасной, той самой, от которой у меня подкосились ноги вчера в баре.
— То, что ты захочешь, — он сделал шаг ко мне, сокращая расстояние до опасного минимума. — Но я предпочитаю играть на желания.
Я почувствовала, как кровь прилила к щекам, и моё тело откликнулось на его слова. Он специально говорил так, чтобы Дэмиан слышал и понял, что между нами уже было всё.
Но Дэмиан не подал вида, что его задело.
— Кажется, доктор Воронцова ещё не ответила, — сказал он спокойно, делая ударение на «доктор». — И у неё есть выбор.
Оба посмотрели на меня.
Я стояла на Красной палубе между двумя мужчинами, которые хотели меня по-разному, но одинаково сильно. Один — с наглой улыбкой и горящими глазами. Другой — с терпеливым спокойствием и внимательным взглядом.
Старая Алина выбрала бы безопасность. Ушла бы к себе, закрыла дверь, составила бы новый план жизни. Избежала бы риска, потому что риск — это боль, а боль она уже пережила, и ей этого хватило на десять жизней.