Он крепко схватил меня за руку и потянул к себе.
— Тогда пойдём со мной. Сейчас. Я хочу поговорить с тобой наедине.
Я посмотрела на Дэмиана. Он стоял в воде, скрестив руки на груди, и его лицо было спокойным, но я видела, как сжалась его челюсть.
— Иди, — сказал он тихо. — Вам нужно поговорить.
Я все еще думала, но Кай уже тянул меня к выходу, и я позволила ему. Возможно, нам и правда стоило все прояснить.
Он привёл меня в маленькую комнату для отдыха — приватную, с мягкими диванами и приглушённым светом.
— Что происходит, Алина? — спросил Кай. — Что ты делаешь с нами?
— Я ничего не делаю, — ответила я. — Ты сам выбрал играть со мной в казино. Ты сам проиграл.
— Я проиграл, потому что ты смотрела на него так, будто он был для тебя всем, — сказал Кай, и в его голосе прозвучала горечь. — Ты смотрела на него так, как не смотрела на меня. А я — я хотел тебя. Я хочу тебя! Но ты ушла с ним, ты выбрала его.
— Я не выбирала никого, — сказала я прищурившись. — Я просто играла в игру. Ты тоже играл.
— Это не игра, — он шагнул ко мне, сокращая расстояние. — Не для меня. Я не могу перестать думать о тебе. О том, как ты пахнешь, как ты двигаешься, как ты стонешь. Ты завладела всеми моими мыслями… — он схватил меня за плечи и притянул к себе. Его глаза горели желанием, смешанным с болью.
— Кай, — прошептала я. — Мы не должны…
— Я хочу тебя, Алина.
Он прижался губами к моим — жёстко, требовательно, с той дикой страстью, которая была в нём всегда. Я попыталась отстраниться, но его руки держали меня крепко.
— Не уходи от меня, — прошептал он между поцелуями. — Не сейчас.
Внутри меня всё сопротивлялось, но тело уже отвечало на его прикосновения. Его руки скользили по моему телу поверх халата, находили чувствительные места, разжигали огонь.
— Кай, — прошептала я, и мой голос был слабым. — Мы не можем… здесь…
— Здесь, — ответил он, отрываясь от моих губ и глядя мне в глаза. — Сейчас. Я хочу тебя прямо сейчас. Я не могу ждать.
Он взял меня за руку и повёл в соседнее помещение — душевую комнату для VIP-гостей. Белый мрамор, стеклянные стены, несколько душевых кабинок с мягким светом и регулируемой водой.
Он втолкнул меня в одну из кабинок и включил воду. Тёплые струи обрушились на нас, мгновенно промочив наши тела. Халат прилип к моей коже, волосы намокли, вода стекала по лицу.
Кай прижал меня к мраморной стене, накрывая своим телом. Я чувствовала его возбуждение, его дрожь, его отчаяние.
— Ты не представляешь, как я хочу тебя, — прошептал он, целуя мою шею. — Всю ночь я не спал, думая о тебе.
— Кай, — прошептала я, и в моём голосе слышалась мольба. — Не надо…
— Надо, — ответил он, распахивая мой халат. Ткань упала к моим ногам, и я осталась в одном мокром купальнике. — Я хочу видеть тебя.
Он снял с меня купальник одним движением, и я стояла перед ним обнажённая, мокрая, дрожащая от холода и возбуждения. Вода стекала по моей коже, оставляя блестящие дорожки.
Кай смотрел на меня с той же жадностью, что и в первую нашу ночь. Его глаза скользили по моему телу, задерживаясь на каждом изгибе.