— Можно предложение? — спросил я.
Алина чуть прищурилась.
— Кратко.
— Вы распределяете группы по подготовке. Это логично. Но сейчас слабое место не физика, а взаимодействие. Вы все сильные, но каждый тянет на себя свой участок. Если поставить в одну группу Зою и Марину, Марина будет рисковать, а Зоя её сдерживать силой. Они потеряют темп. Если Веру оставить с нестабильным блоком одну, она будет чинить его до совершенства и сорвёт общий график. Если вы пойдёте первой группой, остальные будут догонять ваш приказ, а не маршрут.
Тишина после моих слов получилась не слишком дружелюбной.
Вера медленно положила инструмент.
— Интересно.
Марина улыбнулась, но не так насмешливо, как обычно.
Алина смотрела на меня без выражения.
— Продолжайте, товарищ куратор.
Я вдохнул.
— Первая группа: Алина, Нина, одна из пловчих второго ряда. Задача — не рвать темп, а задать ровный ритм и контроль состояния. Нина будет не тормозом, а регулятором. Вторая группа: Вера, я и Зоя. Вера отвечает за блок, я помогаю переносом и фиксирую, Зоя держит безопасность и темп. Если Вера полезет чинить всё идеально — Зоя её выдернет. Если я начну геройствовать — тоже выдернет. Третья группа: Марина, Лидия и связистка. Марина получит пространство для манёвра, но Лидия будет фиксировать маршрут и не даст ей превратить эстафету в авиашоу.
— Протестую, — сказала Марина. — Авиашоу звучит прекрасно.
— Вот поэтому с вами Лидия.
Лидия Орлова впервые едва заметно улыбнулась.
— Разумно.
Алина не спешила. Она посмотрела на карту, потом на Зою, потом на Веру.
— Кольцова?
Вера пожала плечом.
— Если герой пятилетки уронит блок, я его утоплю. Если не уронит, схема рабочая.
— Громова?
Зоя смотрела на меня уже иначе. Не мягче, нет. Внимательнее.
— Хочу посмотреть, как он будет выполнять собственный план.
— Орлова?
— Предложение снижает риск конфликтного темпа, — сказала Лидия. — И хорошо показывает, кого товарищ Воронцов считает опасным элементом.
— Всех, — сказал я.
— Это тоже разумно, — произнесла Лидия.
Алина закрыла схему.
— Принимается. Но ответственность за изменение распределения делим.
— Согласен.
— Не согласен, а подтверждаю, — поправила она.
— Подтверждаю.
Она кивнула.
— Отряд, подготовка к выходу. Пять минут.
Пять минут превратились в плотный, красивый хаос без хаоса. Девушки двигались быстро, но не суетливо. Проверки, ремни, карабины, герметичные контейнеры, планшеты, рации. Вера сунула мне в руки компактный серый блок размером с небольшой чемодан.
— Держать двумя руками. Не бить. Не мочить сверх нормы. Не слушать, если он начнёт пищать, — сказала она.
— Почему?
— Потому что пищит он от характера, а не от поломки.
— Родственная душа?
— Не нарывайтесь, Воронцов.
Зоя подошла сзади и поправила ремень моего спасательного жилета. Её пальцы быстро прошли по креплениям на груди, дёрнули стропу у плеча, проверили карабин на боку. Всё было профессионально, и всё равно от близости её тела за спиной я на секунду забыл, как дышать. Она стояла так близко, что я чувствовал тепло от неё через куртку, слышал ровное дыхание и едва заметный смешок, когда заметила моё напряжение.