— Та-а-ак…
— Никакой информации!
— Марша!
— Бабуля!
— Как ты разговариваешь со старшей родственницей?!
Смешок, который я не удержала, боюсь, стал сам по себе ответом: непочтительно.
Впрочем, она и сама прекрасно понимала, что грубо нарушает мои границы, и если ей сразу не удалось застать меня врасплох и получить ответ с наскока, то дальше я в своем праве упереться и отмалчиваться дальше.
— Вот значит как?! — показательно оскорбилась бабуля и явно приготовилась разорвать соединение
— Ба, стой! — спохватилась я. — Ты на улице сегодня была? Как погода? Как мне одеваться?
— Самостоятельно! Не прибегая к скомпрометированным источникам информации! — фыркнула, как норовистая лошадь, уважаемая профессорша и всё же бросила трубку.
Вот же… кар…э-э-э… ст… э-э-э… своенравная моя бабушка!
Я развернулась к Заку, который, стоя за моим плечом, беззастенчиво грел уши и, скорчив гримаску, развела руками:
— Бабуля!
Морелли, счастливый обладатель такой же родственницы с активной жизненной позицией, ухмыльнулся:
— А неплохо быть единственной внучкой в семье, а? Меня за такие выкрутасы уже отлучили бы от лазаньи! И это не считая того, что прабабушка бы пожурила меня в разговоре с бабушкой, бабушка прополоскала бы меня в ближайшей беседе с мамой — и мама вынесла бы мне мозг за то, что я, свинья, неблагодарный внук, чудовище, почти убил своей грубостью старушку, а ведь она всегда была на моей стороне и всегда меня поддерживала!
— Как ты выносишь это давление? — искренне ужаснулась я.
Зак с достоинством пожал плечами:
— Не выношу — я же с этого и начал: я-то не могу позволить себе вот так говорить с матриархом клана Морелли!
Я хмыкнула и погладила крепкие мужские руки, которые за время разговора как-то сами собой обосновались у меня на талии, потом сползли на спину, потом… ой, это уже не талия и не спина!
— Ну вот как она узнала, а? — Вместо того, чтобы возмутиться несвоевременному своеволию этих совершенно бессовестных рук, я положила голову Заку на грудь и обняла его за талию (как бы показывая кое-кому, где именно она находится). — Вот честное слово, живи эта старушка во времена Хатшепсут — точно возглавила бы какую-нибудь тайную службу!
Зак хмыкнул, я охнула — одновременно с хмыком Морелли стиснул мои ягодицы. Даже сквозь деловую юбку это ощущалось восхитительно ярко, и некоторое время я пережидала, пока кровь отхлынет от одного там места и прильет снова к головному мозгу. Но голос мой всё равно звучал несколько неровно, когда я завершила мысль:
— К счастью, в наше время уже придумали археологию — поэтому спецслужбы круто пролетели… Но бабуля всё равно умудряется как-то быть в курсе всех новостей. Даже тех, которые ее никак не касаются! Особенно — тех, которые ее не касаются…
— Ну, допустим, как она узнала про меня, вычислить несложно: меня и букет в одной локации видел кроме тебя только один человек, и этот человек по возрасту как раз годится в приятельницы твоей бабушке. Если предположить, что та пожилая дама видела не только меня, но и автомобиль, в который я садился с ее розами…