– То есть вы хотите сказать, что собираетесь убить ребенка и рассчитываете при этом на безоблачную жизнь? – я походил на вулкан, который с виду холодная каменная глыба, а внутри клокочущий ад.
– Да хранят тебя Духи, Арди! Как ты мог подумать?! Чтоб я невинную душу загубил?! Да никогда в жизни! У них же двое?! А есть семьи бездетные, вот и отдадим ребенка в какую-нибудь другую семью, или в пансион для сироток, из которого выходят преданные императору воины. И он скоро забудет своих родителей. Да и родные твои утешатся, – он был настолько невозмутим, будто и, правда, считал себя бессмертным.
– А не боитесь за свою жизнь, если провернете это? Я же вас уничтожу! – рыкнул я, вскакивая с кресла.
– То есть промежуточный этап мы прошли, и у тебя нет сомнений насчет необходимости подписания бумаг? Все правильно? – все так же невозмутимо и почти по-родственному спросил он.
– Ах ты старый мерзавец! Да я тебя сейчас без магии задушу!
Я бросился на него с кулаками, надеясь, что ярость заменит блокированную магию, но тут же был отброшен к стене мощным энергетическим потоком…
Глава 19
Шатаясь, я поднялся, собрал все силы и снова ринулся на мерзавца. И тут же снова отлетел, как пустая корзина. Атаки Прагенса не проходили бесследно. От простого смертного уже б один порошок остался. Но я не сдавался, хотя силы были на исходе.
От угрожающе-насмешливой улыбки на губах Прагенса холодело все внутри. В голове мутнело, но я, словно не чувствуя боли, пытался вновь и вновь достать мерзавца. Чувствуя, что жизнь утекает, я понял, что нужно соглашаться на его условия, иначе пострадают мои родные. Харрот с ним! Останусь без состояния, буду жить, как многие, на жалованье да на оброк с крестьян.
– А где гарантия, что ребенка вернешь? – окончательно отбросив почтительное «вы», прохрипел я.
– Ардан, ты тянешь время, а твоя сестра может удар от страха получить. Ты готов ее успокоить? Естественно, вернем. Зачем мне лишние хлопоты? Я уважаемый человек, и мне совсем не нужна лишняя кровь. Ну что, готов подписать бумаги?
– Готов. Только отдышусь, – из пересохшего горла вылетело какое-то карканье.
Дождавшись, пока мушки перед глазами перестанут мельтешить, я поднял голову. Машинально глянул на зеркало, но оно, оказывается, давно погасло.
– Что там происходит? – от нового витка страха холодный пот заструился по позвоночнику.
– А ты думал, что зеркало тебе каждое мгновение будет показывать? Как театральное представление?
Прагенс самодовольно захохотал. Да, поводов для бахвальства у него полно. Таких зеркал на всю страну штуки три. Официально в Ноктреге, в кабинете судейских и вот еще, оказывается, у кого.
Превозмогая боль, я отлепился от стены с твердым решением быстрее покончить с этим делом.
Но вдруг раздался звон битого стекла, и через широкое окно в кабинет свалилась тушка Гарда. Я подумал, что у меня уже помутнение рассудка. Мой дракон еще не может летать на такие большие расстояния. Но призывный рык убедил, что я в своем уме. Гард помотал головой, и я увидел, что у него из пасти свисает знакомый медальон. Его периодически я видел на Элине.