— В приложении есть её отметка.
— Та, которую она оспаривает?
Нестор умел задавать вопрос так, будто ответ уже получил, но оставлял человеку возможность произнести его самому.
— Отметка появилась в рабочем маршруте документа, — сказал я. — Кто именно её поставил, должна установить проверка.
— Значит, подтверждённого согласия сейчас нет.
— Есть многолетняя практика. Я веду продажи, Жанна ведёт конструкцию. Мы не оформляли протокол на каждую папку.
— На каждую не нужно. На закрытую библиотеку, персональные сведения и исключительные права нужно.
Я достал форму из духовки и поставил на плиту. До готовности оставалось несколько минут, но передержать ужин из-за чужой настойчивости было бы глупо.
— Клиентские сведения запрашивались для сегментации, — сказал я. — Маркетингу нужны возраст, повторные покупки, предпочтительный формат консультации.
— Обезличенные?
— Должны были быть обезличенными.
— Это снова не ответ.
— Я не собирал технический пакет лично.
Правда. Папку собирали Сабина и Тимур. То, что я открывал им маршрут, к формулировке вопроса не относилось.
Нестор попросил прислать перечень полномочий, предварительный договор, спорное приложение и уведомление «Контура» о сохранении журналов.
— И личное обстоятельство, — добавил я. — У меня отношения с бренд-стратегом проекта. Жанна узнала. Теперь связывает рабочие решения с разводом.
— А обещанный бренд-стратегу опцион тоже личное обстоятельство?
— Это мотивация ключевого специалиста.
— На долю в компании, которой нет.
— После создания оператора и выполнения показателей.
— Создать оператора могут владельцы. Вы вправе обещать свой голос, но не решение Жанны и Нонны. Передачу библиотеки, опцион и новую структуру нельзя превратить в состоявшийся факт предварительной перепиской.
Я посмотрел на проект Сабины. Её юрист написал именно так: вынести вопрос на решение владельцев, зарегистрировать компанию, затем предоставить опцион на часть будущей доли Феликса Ордынцева. Не подарок и не немедленная собственность. Последовательность, которую можно было выполнить, если все перестанут уничтожать сделку из-за одной ночи.
— Я ничего не превращал в состоявшийся факт, — сказал я. — Подготовил конструкцию сделки.
— Тогда не называйте Сабину будущей совладелицей, пока владельцы не приняли решение. И ничего не оформляйте задним числом. С этого момента сохраняйте каждую версию и каждый журнал.
— Разумеется.
— Феликс, это не вежливая рекомендация.
— Я услышал.
Нестор назначил встречу на следующий день и отключился.
Я вернул рыбу в духовку.
Сабина позвонила в дверь, когда я раскладывал приборы. Адрес я отправил ей час назад с сообщением «Нужно поговорить». Она вошла в тёмном жакете, положила на стол телефон и второй экземпляр дорожной карты.
— Подпиши.
— Сначала поужинаем.
— Ты теперь живёшь здесь?
— Пока да.
Она прошла до спальни, не снимая жакета. Увидела один чемодан у стены, мужские рубашки в открытом шкафу и вернулась.
— Здесь нет моих вещей.
Глава 7. Закрытый архив
Письмо Феликса было коротким. Я прочитала его дважды, потому что с первого раза не поверила последней фразе.