Волны спокойствия душевного и физического заполняли сознание. Стало так хорошо и спокойно.
— Идём, ты проголодалась, в гостиной накрыли, подали ужин.
Я даже не поняла как кивнула и позволила Вирану, взяв меня под руку, отвести в столовую. Не знаю, что со мной случилось, но я послушно села за стол, напротив него, и даже улыбнулась, словно зачарованная. Внутри разливалось странное, щемящее тепло, а в глазах Вирана читалось нечто, заставляющее сердце биться чаще.
— Вина?
И снова мне хочется, чтобы ему было приятно. Я снова киваю, забирая бокал вина, протянутый им. Делаю несколько глотков, в голову бьёт хмель, и словно распускаются засахаренные фиалки.
Клевер луговой… И привкус медовой малины, тающий на языке, как воспоминание о лете. Голова кружится, но не от вина, а от его взгляда.
— Потанцуем?
Виран увлекает меня в танце, и из невидимых динамиков льется скрипка. Нежная, ласковая, самая прекрасная на свете мелодия — «Очарование». Мы кружимся в танце, Виран крутит меня, словно куклу. Смеюсь, и этот смех кажется мне неестественно звонким, но счастливым. В его объятиях мир сужается до размеров этой комнаты, до звуков скрипки и бьющихся в унисон наших сердец.
Чувствую, как его руки смыкаются на моей талии, музыка смолкла. Раскат грома. За окном сверкнула молния, высвечивая его лицо, хищное и прекрасное одновременно. Губы Вирана накрывают мои….. и я ощущаю их вкус. Пряность с солью, привкус опасности, который я почему-то нахожу невыносимо притягательным. Чувствую, как его тьма заполняет меня, внутри всё холодеет, сковывая страхом и странным, болезненным желанием. Ощущаю, как губы покрывает кромка морозного утра. Ледяной поцелуй царапает губы до крови, словно метка, напоминание о том, кому я теперь принадлежу.
Упираюсь ладонями в его грудь, пытаюсь оттолкнуть — не выходит. Каменная стена, непробиваемая и безжалостная. Его тьма поглощает мой свет, вытягивая последние искры надежды. Теряюсь в боли, физической и душевной, в этом водовороте темной страсти. Кусая его за губу до крови, вырываюсь из объятий смерти, задыхаясь и содрогаясь от отвращения и необъяснимой тоски.
— Чудовище!
Качаю головой, отступая назад, как загнанный зверь. Его губы растягивает змеиная ухмылка, полная самодовольства и превосходства.
Твоя воля начинает постепенно истончаться, скоро я тебя сломаю.
Поллец! Никогда! Никогда..
Зло рыча, убегаю в свою комнату захлопывая дверь и прислоняясь к ней спиной, пытаясь унять дрожь. Комната кажется чужой и враждебной, как и весь этот проклятый замок. Здесь больше нет спасения.
Глава 20
Фальсус
Говорят, зло это не просто стечение обстоятельств. У зла всегда есть лицо. Знакомое или чужое — не имеет значения. Это лик, искаженный жаждой власти, алчностью или местью. Это может быть улыбка, скрывающая коварный замысел, или взгляд, пронзающий холодом презрения. Зло. это тщательно выстроенная стратегия, где каждая деталь продумана, а жертва — лишь пешка в чужой игре. Оно проникает в душу, словно яд, отравляя мысли и поступки, пока человек не становится марионеткой в руках тьмы.
