Луиза в панике крутит головой, но ее окружили. Парни ржут. Кто-то еще отмачивает пошлые шутки, доводя до белого каления. Луиза бледнеет, потом заливается красным, как будто сейчас взорвется.
— Вон! Все вон! — переходит на ультразвук. — Иначе я вызываю полицию! Немедленно!
— У-у-у, страшно! — Рус притворяется, будто дрожит. — Думаешь нас тебе не хватит? Обижаешь, милфа, справимся…
— Да вы… Малолетние ублюдки! Да я вас…
— Успокойся, — сухо говорю я и наконец встаю. Глядя мачехе в глаза, стряхиваю пепел на ковер и выдуваю дым. — Они уже уходят.
Словно по команде, парни начинают собираться. Кто-то смеется, кто-то бурчит, что вечеринка закончилась слишком рано, но никто не спорит. Я провожаю их до ворот и молча докуриваю.
Ночь прохладная, сигарета горит быстро, как будто пытается убежать от меня.
В груди — пусто.
Никто не ждет. Никто не благодарен. Никто не останется.
И ты, Кайрат, остался ровно с тем, что заслужил. Смешно, правда? Ты же этого хотел.
Внутренний голос сегодня в ударе.
Возвращаюсь в дом.
Луиза стоит посреди разгрома. На полу — пачки чипсов, бутылки из ее бара, какая-то еда. Ее лицо — смесь ярости, усталости и ненависти. А меня накрывает волной похуизма. Даже удовлетворения не возникает. Все обнулилось после того, как Снежок сбежала наверх.
— Ты с ума сошел? — кидается ко мне Луиза. — Зачем ты устроил этот кошмар? Ты думаешь, тебе все можно?! Ты…
Я поднимаю руку, чтобы ее перебить, и улыбаюсь нагло.
— Это последнее желание умирающего.
Она замирает и непонимающе хлопает наращенными ресницами.
— Что?
— Мало ли, я не проснусь, — фыркаю зло. — Хотел отметить напоследок.
— Ты… ты идиот! — кричит она, почти захлебываясь желчью.
А я просто показываю ей фак и смеюсь. Зло. Горько. Потому что хуже меня здесь все равно никого нет.
Я прохожу мимо, не касаясь ее.
Поднимаюсь по лестнице и закрываю за собой дверь. Все. Пусть она теперь думает, как с этим жить. Мне насрать.
Падаю на кровать и прикрываю глаза. Свет выключен, только фонари за окном бросают тусклые отблески на стены. В голове шумит, тело будто гудит после драки, но не от боли. Это что-то другое. Боль внутри. Грязная, неровная, как будто живет своей жизнью и медленно разъедает изнутри. Мне не по себе. Как-то тошно. На душе кошки устроили марафон по точке когтей.
Дверь неожиданно открывается, и в комнату проскальзывает тень. Задерживаю дыхание, но все равно улавливаю запах. Как зверь, идущий по следу.
Это она пришла.
Сама. Снежок. Моя ледяная, упрямая, презирающая меня сестра. Пришла обменять отцовскую жизнь на ночь со мной?
Глава 21 Мэри
Мэри
Я не сплю. Просто лежу, уставившись в потолок, и чувствую, как дрожь не уходит ни на секунду. Ночь бесконечная, вязкая, как смола. Внутри все выжжено, в груди пусто.
Губы до сих пор горят.
Меня никто никогда не целовал. Тем более как он.
Кай даже не поцеловал — он вырвал этот поцелуй, как варвар, как будто ему не по праву, но по силе позволено. Не спрашивал. Просто взял.
И самое страшное — мне понравилось.
Понравилось, как в его грубости скрывалась нежность. Как в силе ощущалась дрожь. Как я не смогла оторваться, даже когда все внутренности кричали: «Беги».