Абсолютно босая я выбегаю из дома и нахожу взглядом его припаркованную у дороги машину. Дверь багажника поддается только со второго раза, я хватаю увесистый кейс, который единственный лежит на коврике и несусь прямиком обратно.
– Семь, три, пять, два – шепчет он, слегка прикрывая глаза и снова облокачиваясь на спинку.
– Нет, нет, нет, не закрывай глаза, слышишь! – кричу я, стегая его ладонями по щекам, приводя в чувства. А затем ввожу цифры на кодовом замке кейса, и после щелчка он слегка приоткрывается, выпуская изнутри прохладный пар.
– Доставай пакет, вводи в вену, ставь упор, подвесь пакет, – бормочет Валлес невнятно из последних сил.
– Господи, это что, кровь? – с ужасом понимаю я, доставая из кейса холодный пакет с густой красной жидкостью. Маркус не отвечает, продолжая тяжело дышать, я делаю все в точности как он сказал. Устанавливаю пакет с кровью для переливания, снимаю с него пиджак и задираю рукав водолазки, вводя в вену острую иглу. Он только болезненно мычит, но это лучше, чем потеря сознания.
– Зашивай, – уже почти не разбирая его обессиленного голоса, я подвигаюсь к его лицу, чтобы расслышать все, что он говорит так близко, что могу почувствовать его частое слабое дыхание на своей коже.
– Маркус, – шепчу я, осторожно похлопывая его по щекам, он открывает глаза и смотрит на меня. – Что мне делать дальше? Ты потерял слишком много крови. Просто зашить тебе рану не поможет, тебе нужно в больницу.
Мужчина отрешенно хлопает глазами, пытаясь переварить сказанное мною.
– Найди, – хрипит он тихо, затягивая слова, – серый автомат, два укола, – шепчет он что-то непонятное и отключается.
– Маркус! – я слегка потряхиваю мужчину за плечи, но он не отзывается даже мычанием. Я в ужасе бросаюсь к кейсу в попытках отыскать какой-то автомат.
Что за чертов автомат, как он выглядит!?
Делаю глубокий вдох, чтобы успокоится, смахиваю подступившие от страха слезы и решительно перебираю дрожащими руками содержимое чемоданчика. Набор с иглами, какие-то шприцы с различного цвета жидкостями. Нужен автомат, что за автомат. Натыкаюсь на странную стальную вещицу, похожую на ручку. Похоже на инсулиновый инъектор, но тоньше и только с одной черной кнопкой посередине. Больше ничего похожего в кейсе не находится, только пузырьки и расходники, поэтому я беру пару шприц-автоматов и поворачиваюсь к Валлесу.
Куда делать укол?
«А если это адреналин?» – приходит мне в голову мысль и, не медля, я направляюсь к груди, делая уколы один за другим. Маркус продолжает лежать без сознания, хрипло дыша. Я снимаю его кровавые бинты и обнаруживаю неглубокое ножевое ранение. Обрабатываю отверстие и все вокруг, затем накладываю несколько швов и необходимые повязки.
Вот что, а швы накладывать я еще научилась в школе репортеров, когда ездила в горячие точки. Не думала, что когда-то воспользуюсь своими умениями. Мне в голову приходит идея померить ему давление, и я бегу на кухню, доставая из аптечки электронный тонометр.
Аппарат показывает слишком пониженное, что неудивительно, учитывая, сколько крови он потерял. Я усаживаюсь на диване рядом с мужчиной, укрывая его теплым пледом и обкладывая подушками, ожидая, когда он придет в сознание и, не зная, чем еще ему помочь.
