Венс швырнул Гросса на асфальт как тряпичную куклу и стремительно развернулся ко мне.
Дорога до особняка заняла меньше пяти минут, но эти минуты были самыми страшными. Дориан вел машину Маркуса, тяжело, рвано дыша. Его волк внутри находился на пике адреналина, за гранью разумного. Бешеная вспышка защитного инстинкта переросла во всепожирающее, дикое притяжение к той, которую он едва не потерял. Плотину его изнуряющего самоконтроля, длившегося целую неделю, сорвало окончательно.
Он буквально на руках занес меня в дом, проигнорировав любые протесты, и толкнул дверь спальни.
Комната тонула в густом полумраке, разрезаемом лишь неоновыми огнями ночной Столицы из паноманного окна. Воздух в спальне казался жидким, перенасыщенным феромонами, от которых кружилась голова. Оборотни чуяли истинность как неотвратимый призыв луны, но Дориан Венс сейчас находился за гранью разумного.
Дориан вжал меня в матрас, перехватывая мои тонкие запястья одной рукой над головой. Его тело, тяжелое, горячее, скованное стальными мышцами, не оставляло мне путей к бегству. Альфа тяжело, рвано дышал мне в шею, впитывая кожей мой аромат. Она пахла весной, дождем и… человеком. Ни капли волчьей магии. Чистая человеческая кровь, которая сводила его зверя с ума своей неправильностью, но древний зов истинности не умел лгать — эта женщина принадлежала ему.
— Хватит бегать от меня, Рори, — прорычал Дориан, и этот звук отозвался вибрацией в его широкой груди. Его глаза в темноте вспыхивали опасным янтарным огнем — признак того, что волк полностью перехватил контроль. — Ты моя. Моя до последнего вздоха.
Мое человеческое тело предательски отзывалось на его ласки. Разум шептал, что этот мужчина — опасность, что он разрушит мой хрупкий покой, но плоть горела. Дориан двигался уверенно, властно, подчиняя себе каждое мое движение, доводя до исступления. Каждое прикосновение его больших, чуть шершавых ладоней оставляло невидимые ожоги на моей талии. Он брал меня так, как берут истинных — яростно, до боли, заставляя забыть собственное имя. В этой дикой, первобытной страсти не было места нежности, только глухой, вековой голод Альфы, который наконец-то дорвался до своей пары. Спальня полнилась тихими стонами, скрипом простыней и тяжелым дыханием мужчины, который отдавал всего себя без остатка.
Я тонула в этом шторме. Внутри меня, там, где шесть лет назад была выжженная пустыня, впервые затеплился опасный, чужеродный жар. Без своей волчицы я не слышала магии его зверя, но мое человеческое сердце колотилось как сумасшедшее.
Кульминация близости накрыла нас лавиной. Дориан, ведомый пиком наслаждения и древним инстинктом закрепления союза, приподнялся на руках. Его клыки удлинились, царапая нижнюю губу. Наслаждение требовало финального аккорда — запечатать связь. Он наклонился к основанию моей шеи, туда, где билась пульсирующая жилка, готовый прокусить кожу и поставить свою брачную метку. Клыки уже коснулись нежной плоти…
Глава 10. Скрытая кровь
В этот самый момент я словно очнулась от глубокого, затягивающего гипноза. Лед, сковавший мою душу долгие шесть лет назад, внезапно взорвался дикой, первобытной яростью. С бешеной, совершенно несвойственной обычному человеку силой я уперлась ладонями в его широкую, горячую грудь и резко, рвано дернулась назад, едва не распоров кожу на шее о его удлинившиеся клыки.