Киара не нашёлся с ответом.
Как-то это… неправильно звучало. Категорически.
— Ладно… Мели — хорошая, но слабая. То есть не слабая, а добрая. Жалеть их начнёт. Вот… и думать станет о возвращении. И о том, чтобы замуж выйти. Пожертвовать собой ради матушки, брата и остальных. А ей оно совсем не надо. Если же ты женихом станешь, то куда ей за другого замуж при живом женихе? Я ведь не настаиваю, чтоб вы прям всерьёз поженились. Хотя так оно надёжнее.
— Нет, — сказал Киара.
— Почему? Она ж тебе нравится. Я видела!
Киара остановился и посмотрел на неё, раздумывая, как бы объяснить то, что ему самому не совсем понятно.
— Твоя сестра — удивительная. Умная. И добрая. И растения её любят. Она очаровательна…
— Ну так женись! — Фреда явно не понимала, в чём проблема.
— Она мне глубоко симпатична, но этого мало. Нельзя жениться на человеке, которого знаешь несколько часов. Точнее можно, но… это чревато проблемами в будущем.
— Думаешь, не влюбишься?
— Может, и влюблюсь. А может, и нет. Время покажет. К тому же, она очень молода. И считай, никого и ничего не видела. А это тоже нехорошо. Но не стоит волноваться. Я присмотрю, чтобы у неё не было времени для глупостей.
И чтобы никто, не важно родня там или жених этот, не огорчил Камелию.
— Да? — Фреда нахмурилась, кажется, не до конца поверив.
— Да. Как думаешь, ей понравятся лотосы?
— Это те, которые там? — Фреда обернулась. — Ничего такие. Миленькие.
Да, ты мучаешься, годами пытаешься добиться идеальных условий, а когда получается, когда драгоценные семена всё-таки всходят, а всходы растут и вырастают… зацветают где-то, помимо Предвечного леса, что само по себе считается невозможным, и потом просто вот «миленькие»?
— Ты это… я ж целитель, а не цветовод! — Фреда заглянула в глаза. — С цветочками лучше к Мели… Точно! Она оценит! И вообще, чем больше разных цветочков, тем оно лучше! Я тебя не выдам. А ты не отдашь её матушке. Или Алви… или женишку её, который, вот готова поспорить, заявится свое требовать. А может, и все разом заявятся.
— Идёт! — согласился Киара и протянул руку, скрепляя сделку.
В конце концов, тут ничего сложного.
Каэр никогда и ничего не отдавали. Во всяком случае того, что по праву считали своим. А уж кто там заявится… какая разница? Земель вокруг много. Ямы копать он умеет.
Глава 38
Вместо эпилога
Рассвет пришёл с туманом.
А туман принёс запах дыма, причём такой вот… неправильный. Нездешний. И я, вдохнув этот туман и дым, чихнула.
— Будь здорова, — отозвался Карл и широко, с наслаждением, зевнул. — А хорошо тут… мирно, спокойно…
Здесь — это на вершине нашей башни, которая за пару часов моего сна почти не изменилась. Да и крепость тоже. Хотя в тумане особо и не разобрать. Тот стекал с гор, спеша заполнить пропасть, и горы укрывал, и таял, смешивая редкие краски. Все казалось зыбким, ненастоящим.
Карлуша тоже смотрел. Стоял, опершись на чёрную трость, которая гармонировала с чёрным же костюмом. К костюму прилагалась шляпа, одна пола которой была поднята и закручена валиком, а другая красивым изгибом опускалась вниз, к плечу. Не знаю, насчёт изгиба, но мне почему-то подумалось, что в этот валик, слева, можно подзорную трубу засунуть. А потом достать так, красивым небрежным жестом.
