Чтоб… увесистая, несмотря на кажущуюся худобу. В одиночку он не справится.
— Бери под ноги. Да, вот так.
Мальчишка был вёртким, но и крепким. Свинью он поднял.
— Так что ты хотел спросить?
— Я? А, да… простите, мастер-ата. Но мы уже здесь давно, а вы ещё никого не убили.
— А что, тебе хочется, чтобы я кого-нибудь убил?
— Нет… но мой прежний наставник, он говорил отцу, что проклятый дар пробуждается от смерти. И что именно поэтому отец должен отправить меня сюда. И что проклятый дар пробудится и сумеет учуять источник силы некромантов, тот, который не позволил свершиться справедливости…
— Орик…
— Да, мастер-ата?
— Выбрось эту чушь из головы. Некромантия — это просто дар. Кто-то повелевает небесным огнём, кто-то водой, а кто-то — покойниками. Дар не делает тебя плохим или недостойным. Наоборот, в прежние времена и дети Танари обладали подобной силой. Однако война забрала многих из них. А те, кто уцелел, вернулся и принёс на земли страшный мор.
— Проклятье, — тихо произнёс Орик. Свинью он держал крепко, при этом двигаясь легко, умело, будто с малых лет учился по лесу ходить. — Урм из Орма писал, что тогда корабли подошли к землям Ютландским и привезли с собой всех, кто был в возрасте и силе, дабы единым ударом сломить оборону. В тот год небеса предсказывали победу, и потому Великий Хан решился объявить поход. Он собрал всех детей своих, и слуг их, и слуг их слуг. И всех, в чьих жилах текла небесная кровь.
— В том числе и некромантов.
Про Урма из Орма Ликий слышал.
Мудрец, кажется. И стихи писал. А выходит, что не только их.
— Жрецы Каиты Луноликой вызвали туман, чтобы укрыл он корабли. И связали цепями силы море. Корабли и войско на них должны были подняться по жилам рек, но тьма встала на их пути. И тьма забрала одарённых, а тех, кто остался жив, прокляла. Они и принесли в степи чёрную чуму.
Мор.
Чёрную болезнь, что прошлась по степям, выкашивая и людей, и лошадей, не щадя ни старых, ни малых.
— Тогда именно жрецы встали на пути мора. И призвали силу небесного огня. И очистили им заражённые тьмой земли…
Которые и по сей день пусты, ибо хранят память о силе.
Но мор удалось остановить, а жрецы получили власть.
По праву спасителей. Хорошо это? Плохо?
— Тогда впервые хан Ашлак взял в жёны жрицу Танари. И с тех пор повелось так… — Орик выдохнул. — Что первой женой хана становится дева, посвящённая Танари.
А она, став женой хана, занимает место Великой Жрицы.
— Тяжело?
— Я справлюсь, мастер-ата.
— Справишься, конечно. Но отдых никому не повредит, — Ликий остановился. — А что до крови… то к чему её лить попусту? Убить проводника? И завтра о том разнесётся слух, который встревожит других. Как мы тогда вернёмся? И как пройдём вновь, если случится нужда? Убить охотника, которого мы встретили вчера? Его начнут искать… даже эту свинью будут искать. Смерть редко решает проблемы, мальчик. Чаще она создаёт новые.
— Но…
— Если на пути нашем встретится враг, я буду сражаться. И продам свою жизнь дорого. Но это будет означать, что с делом, которое поручил твой отец, я не справился. Понимаешь?
