Только как-то все равно уже не то, да и Алина знает. Будет думать, что самооценка у Клавы как у чихуа-хуа. Хотя, Клава вспомнила бывшую жену Леонида Васильевича, Димкину маму, с маленькой собачонкой на руках. Ох, и гордая же была зверюшка, только попробуй тронь.
Опыта у Клавы маловато, не брать же в расчет мыльные оперы да реалити-шоу с бесконечными выяснениями отношений.
Клава встряхнула оранжевую футболочку с рисунком машинки. На ум невольно шел отец Олежки. Мария Васильевна рисовала его в воображении как беспринципного красавчика-идиота, потому что только идиот мог бросить ее дочурку беременной. Клава не могла назвать его ни беспринципным мерзавцем, ни безответственным идиотом. Да он даже и красавцем-то не был. Просто парнишка, у которого, как и у нее, взыграли гормоны. Бедолагу даже и винить-то не за что, пусть и нечестно, что гормоны взыграли у обоих, а отдуваться Клаве пришлось одной.
Шоу по TLC шли одно за другим, но единственное, которое заставляло Клаву переключить канал, было шоу про шестнадцатилетних матерей, которые по глупости забеременели и решили рожать. Пусть Клаве уже давно минуло шестнадцать, когда она узнала о собственной беременности, она не чувствовала себя лучше, чем девочки из шоу, за которым ходила целая съемочная группа, вышибая из зрителей самодовольное сочувствие. Ведь они-то не такие. Они-то умнее.
Клава не могла им по-настоящему сочувствовать, как сочувствовала разожратым коровам, которые не могли контролировать еду, что кладут в рот. Вадим бы просто посмеялся. Он был немного похож на Андрея, не такой симпатичный, но на жизнь так же смотрел с улыбкой и ничего сложного в ней не видел. И Клаве он нравился. Сильно нравился. Она не использовала слово "любовь", но, когда она смотрела на его лицо, ей хотелось прожить с Вадимом всю жизнь и состариться вместе.
Как водится, Вадим поначалу мало обращал на Клушу внимания. В отличие от робкой однокурсницы, он вовсю наслаждался началом студенческой жизни и, что называется, пошел вразнос. Маменькин мальчик, вырвавшись из-под опеки, вкусил радости поздних гулянок, развязного флирта и нового неизведанного мира "взрослых" интересов и отношений.
Клава старалась как могла. Вертелась рядом, садилась поближе, смеялась шуткам и, такими вот незамысловатым способом, они подружились. Клава запросто могла бы обойтись без рассказов и жалоб на других девушек, но Вадим видел в Клаве друга и рассказывал ей все. Подбивал на ответную откровенность, но Клаве и рассказывать-то было нечего.
Все произошло внезапно. Вадим, парень неглупый и целеустремленный, решил-таки взять себя в руки, выправил учебу, переговорил с родителями и подал документы в иностранный вуз. Клава запаниковала. На прощальной вечеринке она оказалась достаточно пьяной и настойчивой, чтобы сломить стенку окружавшей Вадима френд-зоны и затащить его в постель. Получилось так себе, и у Клавы осталось чувство глубокого разочарования после их первого и единственного раза. И чего она совсем не ожидала, так это того, что от секса и в самом деле бывает получаются дети. Даже если он один раз и так себе.
