И потом тоже получится, потому что мы отличная команда.
Окрылённая этой идеей, я отправилась работать.
* * *
Работалось, по правде говоря, не очень.
Накануне я долго изобретала предлог, который помог бы мне проникать в дома коллекционеров душ и, самое главное, рассматривать висевшие на их стенах портреты, и в конце концов решила прикинуться одной из них. Эдакой начинающей коллекционеркой душ, которая работает, скажем, на побегушках в швейном ателье, как дия Артана, но мечтает открыть свой магазин платьев. И конечно, надежды на исполнение честолюбивой мечты у меня нет — если только, конечно, со стен моей маленькой съёмной комнаты на меня не будут смотреть нарисованные люди.
— У меня не очень много денег, хватает только на небольшие рисунки, — жаловалась я впустившей меня к себе в дом миловидной женщине в возрасте, жившей в окружении не только портретов, но ещё и разнообразных плетёных салфеточек. — Я набрала довольно много, но пока не наблюдаю никаких подвижек. И так как я ещё новичок в этом деле, то хотела спросить у кого-нибудь более опытного: может, я что-то делаю не так? Может, нужно накопить на более дорогие работы? Или развесить их как-то по-другому?
— Ну что вы! — Моя собеседница всплеснула руками, и я невольно проследила взглядом за блеском её единственного, простенького с виду кольца. — Я всегда говорила, что жить надо так, как чувствуешь. Какой бы вопрос не вставал перед тобой — слушай только своё сердце! В коллекционировании портретов не может быть никаких правил. Если занимаешься этим с любовью, с душой — всегда добьёшься желаемого…
Я едва сдержала смешок, вспомнив, что так же меня обучали красть чужие кошельки. К любому делу, говорил благообразного вида старичок, один из старожилов Улья, нужно подходить с душой и любовью…
Хозяйка дома с удовольствием показала мне свою коллекцию. Вид каждого портрета на стене погружал её в воспоминания — неизменно счастливые и упоительные. Никаких женщин в розовом, нарисованных неумелым художником, здесь не было. Как ни странно, женских портретов я насчитала всего пять штук из нескольких десятков — и то вид натурщиц оставлял желать лучшего. За исключением маленькой девочки на качелях — но тут уж было сложно что-то испортить. Зато мужчины, взиравшие на меня со стен, все выглядели как на подбор: красивые, яркие, в дорогих одеждах…
Выбор портретов, возможно, заинтересовал бы меня в каких-то других обстоятельствах, но в тот момент мне было интересно, как бы побыстрее покинуть гостеприимный дом и отправиться дальше по списку.
К счастью, вскоре это всё-таки случилось. Но зря я, окрылённая первым успехом, думала, что все коллекционеры душ такие же открытые и доброжелательные, и так же готовы продемонстрировать свои сокровища первому встречному. В двух домах меня даже на порог не пустили, в одном настаивали на ответном визите — еле отбрыкалась, сочинив несуществующий дом на улице, название которой жителям приличных кварталов не могло сказать абсолютно ничего. Сегодня мне трюк удался, причём дважды, однако поиски не увенчались успехом: ничего, что напоминало бы портрет Тавекии, я не увидела.