Неудача, впрочем, не огорчила меня. Возможно, потому, что в глубине души я уже ощущала себя пассажиркой корабля, плывущего на поиски таинственного острова. У воображаемой меня была в руках тетрадка в кожаном переплёте, волосы мои развевал ветер, над головой вздымались белые паруса…
Осознав, что в моих мечтах нет даже намёка на Дольна, я почувствовала укол вины.
Всё-таки, как бы он себя ни вёл, он мне доверяет. Иначе не рассказал бы про тетрадь. И всё, что мы с ним делаем, мы делаем для нашего будущего.
Нужно всё-таки попробовать найти с ним общий язык.
* * *
Не знаю, сколько было времени, когда я подошла к скобяной лавке в «белом» районе, то есть в Будилках, но я не сомневалась, что не опоздала. Да и вряд ли пришла намного раньше: благодаря моим особым отношениям со временем, мне удавалась почти всегда оставаться пунктуальной, не прилагая для этого никаких усилий.
Дольн тоже не заставил себя ждать. Лёгким пружинистым шагом он подошёл к фонарю, под которым стояла я: элегантный, как и всегда, выглядящий чуть развязно из-за расстёгнутого сюртука.
— Хорошо, что ты уже пришла. Пойдём, здесь недалеко.
Мимо редких прохожих он провёл меня к рядам складов. Я шла, слегка поёживаясь: к вечеру стало ощутимо прохладнее, и сквозь надетую днём тонкую рубашку ощущался каждый порыв ветра. Небольшой платок, повязанный на шею, тоже никак не спасал положение: чай не шарф.
Эта часть района не была избалована фонарями; но кое-где они всё-таки встречались, да и к тому же луна в этот вечер светила необычайно ярко. Я не отказала себе в удовольствии задрать голову и полюбоваться на ночное светило. В городе я любила луну, даже такую, почти полную — здесь она казалась безобидной и как будто уменьшенной в размерах, в отличии от той, что мне доводилось видеть в лесу.
В глубине улицы виднелись люди, таскавшие какие-то коробки. Дольн, как заправский грабитель, так уверенно сделал вид, что он должен здесь находиться, как будто незнакомые грузчики пристально смотрели на него. Он уверенно подошёл к нужной двери и достал ключ. Скрежет в тяжёлом замке прозвучал слишком громко для затопленной тишиной улицы. Оглушительно скрипнула дверь.
— Прошу. — Судя по звуку голоса, Дольн улыбался.
Я без колебаний шагнула в темноту, пропахшую пылью и ещё чем-то незнакомым — наверное, красками. За мной скользнуло небольшое пятно света, и Дольн закрыл дверь.
Обернувшись, я увидела в его руках крошечный переносной фонарь. Такой запросто мог спрятаться в кармане сюртука… но как он умудрялся светить?
— Мне его подарил учитель магии, — ответил Дольн на вопрос, который, видимо, читался на моём лице.
Я изумилась ещё больше:
— У тебя был учитель магии?
Хотя, казалось бы, чему удивляться. Колдовать так или иначе пробовали все и хоть что-нибудь да умели. Обычно что-то совершенно бесполезное, например, вызывать лёгкий поток воздуха. Как я уже говорила, для более заметных достижений требовалось слишком много времени и терпения, а не каждый обладал таким богатством. Но под руководством действительно умеющего человека научиться магии куда проще… Сколько сюрпризов. Интересно, может, и Тарвета умеет колдовать? Надо бы спросить её, при случае.