– Ну тогда оставайтесь сегодня с ночевкой. Оторвись от дел. Если, как ты говоришь, все плохо, то от одного вечера хуже не станет. На реку можем сводить твоего зверя. Он же любит. Можем полноценный пикник устроить. – Ингольф, отличавшийся трезвым мышлением и философским взглядом на жизнь, как всегда, умел находить самое простое решение. И жена будет довольна, и свояку не придется лишние мили наматывать, чтобы снова приезжать сюда. И хорошо, что он не знал о моих внутренних терзаниях, вдруг расплодившимися из ниоткуда.
– А знаешь, остаемся! – я согласился, потому что это было и разумно, и приятно. Глядя на себя со стороны, попытался понять – почему я это сделал с чувством тянущей сладкой тревоги, которую ощущал прямо физически. Под ложечкой, где по общему мнению магов, и находится бесплотный орган – душа.
Глава 16
Перебрав все возможные варианты, я понял. Здесь я могу не быть господином для Элины. Вернее, не то, что не быть, а в меньшей степени показывать это. Мой статус будет уравновешиваться тем, что для остальных она как бы ровня.
И тут же испугался. Что со мной творится?! Меня интересует эта девчонка? Пытаюсь себя успокоить – простое человеческое сочувствие, которое я похоронил под кучей государственных и коммерческих дел, договоров, соглашений. Если так дальше пойдет, то я начну сочувствовать всем и не смогу проявлять жесткость и к остальным…
На всякий случай я прокрутил эту мысль еще раз в голове, опасаясь почувствовать тот же холодок под ложечкой. Ведь это конец всему! Но, слава Духам, ничего не шелохнулось. Я облегченно выдохнул. В моих делах только голый расчет и никаких эмоций по отношению к противникам. Если не хватает ресурсов, оставь пост и сади огород.
Однако моя уверенность, что с Элиной только сочувствие, раз за разом подвергалась жесткой проверке.
Не знаю, какими магическими секретами Элина поделилась с малышней, но визг за домом был слышен на всю округу. Сгорая от любопытства, я завернул за угол. Элина, подобрав юбки, как резвый заяц, убегала от близнецов, Гард нарезал круги вокруг них, но четко контролировал процесс – чтоб не сбить с ног детей. Наконец, всеобщая нянька сжалилась и позволила себя догнать. Сезар и Прайг, счастливые и измотанные, восторженно заорали и повисли на ней, как экзотические обезьянки. Элина потеряла равновесие и шлепнулась пятой точкой на большую кучу сена, увлекая за собой преследователей. Потом изловчилась и свалила Гарда, что было непросто, учитывая, какую тушку он собой представлял. Эта куча мала так заразительно визжала и хохотала, что опять моя затоптанная мечта о семейном тепле высунулась наружу.
Снова задумался о мужском предназначении. Сейчас нужно наладить работу рудников и сбыт золота, а потом заняться наследниками. Хотя картинка упорно не складывалась.
Я легко мог нарисовать в голове беременную Линару. Грустную и покорную, от дуновения ветерка укладывающуюся в постель и вызывающую лекаря. И малыша я представлял отчетливо. Благо, видел, как росли племянники. Но чтоб мать моего малыша вот так от души хохотала и валялась в обнимку с драконом и ребенком, мое воображение никак не могло нарисовать.